Тени в раю

– Здравствуйте, Виталий, – приветствовал меня Анатолий Иванович в присущей ему манере доморощенного интеллигента, – познакомьтесь – это Прелясковский Артур Викторович, старший оперуполномоченный уголовного розыска, – представил он спутника.

– Капитан Прелясковский, – зачем-то повторился милиционер, – могу я узнать ваше имя?

Я не торопился с ответом, и потому меня представил хозяин.

– Род занятий? – уточнил милицейский опер.

– Пенсионер Вооруженных сил.

– Что-то молоды вы для пенсионера, – хмыкнул Прелясковский.

– Зато у вас – седая борода и испещренное мудрыми морщинами лицо, – парировал я, чувствуя, как этот самодовольный кретин начинает действовать мне на нервы.

Кораблев, беспрестанно теребя галстук, молвил:

– Виталий, я вас очень прошу не ерничать и отвечать на вопросы. Дело очень серьезное, чтобы относиться к нему с юмором.

– А что, собственно, случилось, – не выдержал я, – кто-то умер или вас ограбили?..

Прелясковский не дал мне договорить, прервав на полуслове:

– Похитили Инну Анатольевну.

– Этого не может быть! – Я почти кричал, теребя капитана за шиворот легкой тенниски.

Спокойно отстранившись и поправив растрепанную одежду, Прелясковский протянул мне аккуратный лист принтерной распечатки.

Послание гласило:

«Многоуважаемый господин Кораблев!

Если Вы хотите увидеть своего ребенка целым и невредимым, то ни в коем случае не обращайтесь в милицию, а терпеливо ждите наших указаний. Все, что от Вас требуется, – это пожертвовать сто тысяч американских долларов на нужды обиженных Вами людей.

Я несколько раз пробежал торопливым взглядом печатные строчки, пытаясь хоть в чем-то найти необходимую зацепку, но все было тщетно.

Между тем капитан успокаивал сходящего с ума Кораблева – подчеркнуто сочувствующим тоном он вещал:

– Эксперты что-нибудь придумают.

Обуреваемый неудержимой злобой и рвущимся наружу раздражением, я резко перебил говорящего:

– Капитан, у тебя есть верблюд?

– Нет, – он глупо заморгал, уставившись на меня, – а что?

В другой ситуации я бы рассмеялся, но сейчас было не до смеха, поэтому я просто закончил:

– Так вот, купи себе верблюда и ему мозги компостируй.

– А при чем тут селедка?

А я продолжал:

– Или купи себе селедку и крути ей, как говорят в Одессе-маме, голову.