Первая пуля – моя

Пожалуй, все восемь лет замужества. Дмитрий с самого начала освободил ее от быта, и Людмила была благодарна ему за это. Когда у нее было настроение, она сама готовила, но в последнее время занималась этим не часто. Домашние хлопоты полностью лежали на Анечке – уборка, стирка, готовка…

– Ну что, закончила? – Дима появился в дверном проеме так неожиданно, что Людмила слегка растерялась. Не столько от его появления, сколько от того, что выглядит не совсем обычно: старенькие джинсы, потертая ковбойка, золотистые волосы спрятаны под цветастой косынкой.

Однако Дима не обратил на ее внешний вид никакого внимания.

– Пошли! – нетерпеливо позвал он. – Стас хочет поговорить с тобой.

– Я-то зачем ему понадобилась?

Дима недовольно нахмурился и шепотом попросил:

– Дорогая, очень тебя прошу, будь с ним повежливее. Не забывай, что Стас нам очень помог…

– И теперь до конца жизни я должна буду кланяться ему в ноги за то, что он впутал тебя в очередное дерьмо? – Людмила со всего размаху швырнула тряпку в ведро.

 – Послушай, Дима, ты ведешь себя, как ребенок. Неужели ты думаешь, что ее никогда не хватятся? Анечка не из космоса же к нам прилетела! У нее были друзья, одноклассники, соседи, в конце концов! Ее прекрасно знают наши охранники, ее видел твой секретарь… Очень сомневаюсь, что твой Большаков этого не понимает.

Дима молча развернулся и вышел из гостиной. И Людмила тут же пожалела, что сорвалась:

«Нашла время обострять отношения…»

Тяжело вздохнув, пошла в ванную вымыть руки.

Вначале хотела переодеться, но затем передумала – в конце концов, почему она должна чувствовать себя неловко? Она у себя дома и имеет полное право одеваться так, как считает нужным.

Ей очень хотелось верить, что Большаков помогает Диме только из дружеских побуждений. Но интуиция подсказывала, что это не так. Она была уверена, что, как только Диму изберут губернатором, Стас потребует расплатиться по счетам. Хорошо, если все обойдется одноразовой взяткой. А если нет?..

«Если Дима этого не понимает, он – полный кретин… Но он упрям как осел, и я устала с ним бороться».

С такими невеселыми мыслями Людмила переступила порог кухни.

Царившая там атмосфера ее удивила – Большаков и Дима сидели за столом, спокойно пили кофе и тихо переговаривались. Ну прямо голубки сизокрылые! Завидев ее, разом смолкли, и Людмила почувствовала себя задетой. Она демонстративно уселась подальше от них, отыскала на подоконнике початую пачку своих сигарет и закурила.