Мыс мертвой надежды

Антон решил, что после такого романтического приключения надо залезть в теплую ванну с бокалом красного вина и расслабиться. Он наскоро оделся и отправился в ближайший магазин. Молодой человек уже тогда понял, что не сможет жить в этой квартире, где вся постель пропитана страстью. Нет, спать надо спокойно. Дорого же будет стоить любовь, если содержать квартиру именно ради нее…

Антон не успел додумать эту мысль до конца, когда рядом остановилась черная «Тойота». Задняя дверца открылась, и крепкий парень спросил, как проехать вот по этому адресу, и протянул листок, на котором было что-то написано.

Антон подумал, что парень мог бы и сам прочитать вслух, а не совать ему эту бумажку, но подошел.

Тут распахнулась передняя дверца. Антон и охнуть не успел, как оказался на заднем сиденье «Тойоты» и услышал совет не дергаться и не поднимать шума. Сделано было все очень профессионально. Антон сразу понял, что не стоит даже пробовать орать и сопротивляться. Его тело было намертво зажато между двумя другими, весьма неслабыми.

– Ну, здравствуй, Антон Микиашвили! – Человек с еле заметным шрамом на брови повернулся на переднем сиденье и широко улыбнулся. – Вот и пришло время поговорить.

– Вы кто? – хмуро осведомился Антон. – О чем вы хотите говорить со мной?

– Вот ты вроде человек ученый. – Мужчина со шрамом сделал огорченное лицо. – А выводы делаешь неправильные. Раз я сам сказал, что надо поговорить, то зачем же спрашивать, о чем именно? Естественно, я посвящу тебя в суть дела, интересного для нас обоих.

Сначала посмотри вот сюда.

Он нажал кнопку, и засветился экран прибора, который Антон сначала принял за видеорегистратор. Он увидел свою голую спину, крепкую, почти атлетическую, собственный поджарый голый зад. Под этим великолепием извивалось женское белое тело. Дама стонала, кричала, называла его по имени, предлагала не спешить и продлить удовольствие.

Снято все это было откуда-то со стороны картины, которая висела в ногах кровати, на стене той самой комнаты, где Антон только что занимался любовью с Марией Ивановной.

Собственно, вот и ее лицо, вполне узнаваемое, уставшее, но счастливое. А вот и сам Антон, рухнувший рядом и подставивший свою рожу под объектив камеры. Его рука шаловливо ласкает грудь женщины, все еще судорожно вздрагивающую. М-да! Сюжет для небольшого рассказа!

– Орел, а, парни? – поинтересовался у своих товарищей человек со шрамом, кивая на экран.