Гамма-воин

Сначала шли Герои России, за ними те, кто удостаивался наград помельче… В Георгиевском зале оказалось неожиданно много знакомых лиц: большинство из них Тарасову приходилось видеть по телевизору.

Артем волновался как мальчишка: вдруг о нем забудут и не вызовут? Но вот прозвучал голос диктора:

– Тарасов Артем Леонидович, майор Российских Вооруженных сил, награждается орденом Мужества…

Заиграл марш. Печатая шаг, Артем уже шел по проходу между рядами к украшенному имперским орлом пюпитру, у которого, улыбаясь, стоял президент.

Церемония оказалась не слишком утомительной, хотя и долгой. Награжденные и гости перешли в соседний зал, где стоял сервированный серебром и хрусталем фуршетный стол. Двое солидных господ в костюмах уже нарезали поросенка.

Перекинувшись парой ничего не значащих реплик с малознакомыми военными, Артем положил себе в тарелку кусок курицы, немного морского салата и отошел в сторонку: аппетит был зверский. Но толком поесть Тарасову не дали.

– Артем! Товарищ майор!..

Его окликал незнакомый плюгавый человечек с плешью, одетый в двубортный серый костюм.

Артем вопросительно взглянул на незнакомца, а тот, радостно размахивая рукой, уже пробирался в сторону Тарасова, лавируя между раззолоченными мундирами и строгими костюмами гостей.

– Что вам угодно? – солидным голосом спросил Артем.

– Моя фамилия Ициксон, – представился плешивый. – И у меня есть к вам интересное предложение…

– Спасибо и всего доброго, – тем же тоном ответил Тарасов, бросив печальный взгляд на свою тарелку. В Кремле кого-нибудь на хер послать – плохая примета.

Человечек пожал плечами и ускакал в другой угол зала. Через минуту Артема снова окликнули.

– Товарищ майор! Тарасов! – прогудел начальственный баритон.

Внутренне подобравшись, Артем выпятил грудь с серым крестиком ордена в сторону приближающегося генерала в парадной форме. Это был действительно знакомый: генерал-генштабист по фамилии Ларичев, занимавший неудобопроизносимую должность, который заезжал временами на базу отдельного спецбатальона «Гамма», или, говоря официальным языком, отдельного батальона 36-17, – просто так, чтобы прополоскать мозги зарвавшимся диверсантам.