Черное золото

– Ну, кто тут у нас сознание потерял? – громогласно пробасил вошедший врач, мужчина лет пятидесяти, с пышными, уже седоватыми усами.

– Проходите вот сюда.

Анжелика уже к тому времени очнулась и старалась привести себя в порядок.

– Вот, выпейте, – суетился рядом Гордеев со стаканом воды.

Врачи сделали девушке укол. Гордеев проводил врача до дверей.

– Ну что с ней, доктор? – обеспокоенно спросил он.

– А вы ей кем приходитесь? – врач поправлял рукав своего белого халата.

– Я следователь.

– Следователь? Забавно, – хмыкнул врач.

– Понимаете, доктор, я сообщил ей по долгу службы, так сказать, о гибели ее отца. Вот она и…

– Все ясно. У вас что, к ней какие-то вопросы?

– Да, действительно, есть ряд вопросов.

– Послушайте, молодой человек, как врач я вам могу сказать одно: на три дня оставьте ее в покое. – Врач остановился в дверях и взглянул на Гордеева. – Дайте девушке прийти в себя. Понимаете?

– Все понятно, благодарю вас, доктор.

Врач, выходя, буркнул что-то себе под нос, закашлялся и пошел к лифту.

Гордеев постоял еще немного в дверях, что-то обдумывая, и вернулся в гостиную, к Анжелике.

– Лежите-лежите, вы что же, не слышали, что сказал врач? Ну что ж, я вам соболезную, Анжелика Федоровна, и пока оставлю вас.

– Пока? – Девушка быстро подняла все еще бледное лицо.

– Да, пока. Мне бы хотелось с вами еще поговорить о некоторых проблемах.

– Чьих проблемах? – резко проговорила Анжелика.

– Всего хорошего, я вам позвоню. Лежите, дверь я сам закрою, – Гордеев улыбнулся одним только ртом.

Когда щелкнул замок входной двери, Анжелика еще несколько минут лежала, уставившись в потолок. Затем ее лицо исказила резкая гримаса, и она, схватив цветастую подушку, с криком швырнула ее от себя.

* * *

Военный «уазик» остановился у здания прокуратуры. Из нее вышел с папкой в руках следователь Гордеев. Войдя в здание, он предъявил пропуск и стал подниматься на второй этаж.

– Пришел? Рассказывай, как дела! – резким, неприятным голосом сказал он.

– Спасибо! Нету дел! – в тон ему, присаживаясь, отозвался Гордеев.

– Не тяни! Что конкретно ты можешь сказать? – Прокурор выразительно смотрел на Гордеева, постукивая пальцами по столу.