Будет вам война!

Простудился? Ноги промочил?

– Менты проклятые довели! – разжалобился бывший зек.

– Ну и тьфу на них! Быстренько домой, я тебе горячую ванну приготовлю и чай с малиной. И не забывай закутывать горло шарфом, ты у меня с самого детства простужался! – короткие гудки известили об окончании разговора.

– Не забуду мать родную! – прочувственно молвил пахан и, повесив трубку, расчеркнулся окурком в темноте.

15

Над заснеженным придорожным леском с рассыпчатым шипением взмыла ракета и, заломив дугу, упала за кромкой леса.

Неверный переливчатый свет на секунду выхватил из полутьмы редкую цепь автоматчиков, бредущих между деревьями.

Боевой отряд правоохранителей возглавлял добродушный милицейский майор – тот самый, который и обещал саяно-шушенским посодействовать в поисках Бати. Однако надежды найти беглеца таяли с каждым часом. По всей вероятности, он давно уже был в Санкт-Петербурге. Если не в Хельсинки…

Приложившись к фляжке, майор протянул ее напарнику – злобного вида милицейскому капитану с заспанным лицом.

– Блядская все-таки у нас работа, – заметил тот, утирая рот обшлагом шинели.

– Не скажи, – мягко возразил старший по званию, – наша работа прекрасна, и она нужна людям! А то, что зэк с зоны сбежал – так это лагерная администрация во всем виновата. Наверное, с этим Батей негуманно обращались. Я недавно у Макаренко справлялся, так он советует: «…с уголовниками надо поступать так, как бы ты хотел, чтобы они поступали с тобой». Был у меня недавно в звероколхозе очень интересный случай.

Один шоферюга выпил лишнего, схватил бильярдный кий и ну дубасить какую-то компанию! Одному шею сломал, другому – руку, третьему – обе ноги, четвертому – два ребра…

Милицейская рация, молчавшая с полудня, неожиданно ожила. Майор щелкнул кнопкой.

– Пестик, Пестик, я Тычинка, – послышались привычные позывные. – Ввиду возникшей оперативной необходимости вам следует срочно прибыть в учреждение Леноблпотребсоюза «Кроликовод»…

– Еду, – повеселел майор и, обернувшись к напарнику, прокомментировал: – Это насчет того самого шоферюги.

Он уже раскаялся, в чем и хочет признаться.

– Поляну тебе накроет? – завистливо предположил капитан. – В тепле будешь бухать, типа как культурный?

– Ну зачем же так грубо? – интеллигентно возразил майор, направляясь к милицейскому «уазику», стоявшему на обочине шоссе. – Еду проводить воспитательную работу. В неформальных, так сказать, условиях, как и советует Макаренко… Все, остаешься за старшего.