Принцип действия

Таким, как они, отождествлять себя с многотонным бронированным гигантом, максимально защищённым от всего и вся, естественней, чем находиться в собственном слабом и уязвимом человеческом теле. Раз Булочка не знал этого выражения, значит, он был новичком.

– Давно не был в деле? – поинтересовался у меня Болтун, впервые за вечер проигнорировав вопрос напарника. Сработало старое правило в отношении «дровосека» – не знаешь сейчас, значит, узнаешь позже. Но уже сам.

– Около двух месяцев. Но ты ошибаешься, с «железным дровосеком» я вожу очень дальнее знакомство, допинг мне не нужен.

– Да-да, – не без ехидства поддакнул Макс Хуллиган. – Понятно. В любом случае, потерпи до утра. Ремцех подправит наши машинки, можно сказать, уже последний глянец наводит, а утром двинемся в путь.

– Слушай, эксперт… – начал было Булочка, но я его оборвал.

– Сомаха. Просто Сомаха. Не люблю официальщины.

– Да и у нас субординация не в почёте, – понимающе хмыкнул Макс и начальственным голосом продекламировал: – «Главное, чтобы каждый хорошо знал свои обязанности и умел их выполнять на должном уровне».

– Да погоди ты, ещё успеешь приколоться с полковником! – нетерпеливо перебил Булочка. – Я вот что хочу спросить… Мне показалось, или загрузка «Следопыта» прошла быстрее?

– Не показалось. Двадцать две секунды вместо двадцати восьми. Пока это предел скорости адаптации человеческого мозга.

– Иногда и шесть секунд решают, кому жить, а кому умереть… А остальные «мехи» этой линейки, «Право Первопроходца»… такие же продвинутые?

– Ого! – чёрные брови красавчика Макса изумленно вздёрнулись. – Твой «первопроходец» прямо-таки вдохнул жизнь в моего конопатого приятеля. Что, и впрямь так потрясно? Эй, Грегори, что с тобой, дружище? Я ещё не видел тебя таким взволнованным…

– Да пошёл ты! Дай с человеком поговорить!

– Я, конечно, могу виртуально показать другие модели и рассказать о них во всех подробностях, – вмешался я, чтобы немного остудить перепалку.

Лимит новых знакомств, оказывается, на сегодняшний вечер ещё не исчерпался.

На стене позади Грегори протаял экран коммуникатора, на котором возникла миленькая мордашка светловолосой девушки. Синевой своих глаз она могла поспорить с тавеллианцем, но у нее взгляд был теплый, живой.