Золотая струя. Роман-комедия

Любая работа почетна, если за нее бабосы дают. Папа, ты у нас богатый, что ли?

Сидоров ушел из кухни в комнату, лег на диван.

– Вы меня что, за дебила держите? – крикнул он оттуда.

– Папа, ты же безработный, а тут такая возможность бабла срубить, – крикнул в ответ сын.

– Дешево меня ценишь.

– А какая твоя цена? – Костя перестал жевать, прислушался.

– Пятнадцать тысяч моя цена и ни копейки меньше, – крикнул Сидоров, чтобы от него отвязались.

– Такая была у него зарплата, – шепнула мать сыну.

Костя поспешно встал из-за стола.

– А компот? – забеспокоилась Маруся.

– Да погоди ты, мама.

Костя тихо вошел в комнату, присел на диван в ногах у Сидорова.

– Пятнадцать так пятнадцать, – испытующе вглядываясь в отца, сказал он. – Тогда мне уже три штуки.

– Ха-ха-ха, – по слогам, театрально произнес Сидоров. – Нет, это не я дебил. Да какой нормальный будет платить такие деньги за такую лабуду!?

– Папа, ты пойми, что это очень, ну очень-очень прикольно, – радостно зачастил сын.

– Вот молодец! Он пообещал, а я отдувайся.

– Пап, ты пообещал! – И Костя, забыв о компоте, быстро оделся и убежал, не дожидаясь, когда отец передумает.

* * *

Первым пунктом в грандиозных планах Вити-Богемы был визит к начальнику областного Управления культуры. По телефону он записался на прием по личным вопросам и в определенный час смиренно ждал в приемной в компании с делегацией каких-то деревенских теток в вязаных кофтах, разглядывая окружающую чиновничью обстановку, а заодно, украдкой, молоденькую деловую секретаршу.

– Здравствуйте, Раиса Степановна, – вежливо, с улыбкой сказал он, входя в просторный кабинет.

За большим, лакированным столом сидела, перелистывая кипу бумаг, симпатичная, хорошо одетая дама со свежеуложенной прической.

– Ну, и чего ты приперся? – спросила она.

– Не понял, – удивился Богема.

– Ах, даже так? – в свою очередь удивилась дама, подписывая документ. – Сказала бы я тебе, что у нас тут, да стесняюсь. И какое у тебя дело?

Богема выложил перед ней два листочка форматом А4.

– Так, лица знакомые. Сам нарисовал? И что дальше? – Раиса Степановна мельком глянула на листочки, продолжая перебирать бумаги.