Неистребимый

Амулет с тобой?

– А как же! – Ничуть не обескураженный резким ответом, парнишка с самодовольной улыбкой похлопал по груди, словно и не Наместник вовсе, а сам он сотворил этот горный амулет. – Где ему еще быть!

– Для чего здесь пост? – неожиданно поинтересовался дотоле молчавший засферник. – Мы уже достигли границы макора?

Какая странная речь у чужака, вновь отметила Онни. Заклинание Речи делало понятным общий смысл его слов, но их звучание коробило слух. А еще в этом голосе звучала сила, которой хотелось противиться.

Испытанное ею совсем недавно мимолетное родство их душ исчезло, уступив место неприязни. Как-никак именно чужак оказался виновником неприятных воспоминаний, ранящих сердце.

– Ножевое ущелье, чужеземец, – хмуро ответила сотница. – А в караулке – охранные амулеты, чтобы проехать это ущелье.

– Охранные амулеты? От кого? Кстати, я уже называл свое имя в трактире. Никсард, помнишь? Можно Элиот. Первое – родовое, второе – личное.

– Не важно, чужеземец. Проедешь и не заметишь.

Забудь.

– Не слишком-то ты вежлива, дружинница.

Онни промолчала. Дробный топот копыт трех дракхов отбивал желание напрягать голосовые связки. Да и зачем стараться для чужака, которому, скорее всего, суждено умереть. И чем меньше она с ним будет общаться, тем спокойнее эту смерть воспримет. И тем быстрее, кстати, забудет про эту штуку у него на виске, после приобщения к которой ее одолевало странное желание попросить ее еще раз – ну не стыдоба ли? Глядишь, так скоро совсем безвольной станет.

Но засферник, не удовлетворившись ее ответом, обернулся к молодому караульщику:

– В караулке кто остался, воин?

Уловив некоторую холодность сотницы по отношению к спутнику, тот пренебрежительно глянул на хальда:

– Напарник. А тебе что с того?

– Не груби, парень. Вернулся бы ты, пока есть время, да предупредил своего напарника об опасности. Дал-рокты на хвосте висят. Не слишком-то вы с ними в дружеских отношениях, не так ли?

Онни вскинулась, осаживая Шалуна на всем скаку, – руки в кожаных перчатках рванули поводья так, что дракх гневно захрипел от боли в ушах.

Остальным пришлось последовать ее примеру, и три верховых зверя, шалые после столь внезапной остановки, нервно затанцевали на дороге. Недоверчиво сузив глаза, она уставилась на чужака.

– Откуда знаешь?

– Знаю. И лучше вам поверить.

Сказано было весьма веско. Что-что, а умел чужак заставить прислушаться к своим словам, голос у него был особо поставлен.