Неучтенный фактор

Она сейчас казалась ему таким же посторонним человеком, как те бикаэлки, что летели с ним в одном салоне… словно произошло все это не с ним самим, а с кем-то посторонним.

Врач вышел из дверей, на которой красовалась надпись «Вход только для работников центра». Впрочем, надпись чисто условная, Юдгар был уверен, что каждый из них имел имплантированный чип или карту допуска, ни один любопытный не смог бы просто так прорваться сквозь такой заслон.

Юдгар вскочил, направившись навстречу врачу.

– К вам только что…

– Да, да, я знаю.

– Матерью, – Юдгар даже удивился, с какой легкостью он признал этот непростой факт.

Врач нечем не высказал удивления, лишь во взгляде мелькнула заинтересованность, но и только. Здесь, на Лардоване, которая сама по себе являлась перекрестком миров, появлялись существа из таких отдаленных районов Галактики, что ничему не приходилось удивляться. Вероятно, изучая анатомию большинства гуманоидных существ, он знал, что физиологически бикаэлки способны рожать от некоторых других рас.

– Простите, как вас… – он замолчал, явно давая понять, что желал бы знать имя своего собеседника.

– Юдгар… Лигаст Оноби, – вполне официально представился Юдгар. Он еще не привык вот так просто оперировать своим полным именем. Одно дело, когда ты проходит таможенный досмотр и идентификацию личности, а совсем другое – ощущать себя совершеннолетним на планете, где каждый взрослый относился достаточно покровительственно к любому существу моложе себя хотя бы на несколько лет.

Врач сдержанно кивнул:

– Вашей матери понадобится пара часов. Два сломанных ребра, повреждение правого легкого, выбитое запястье и несколько синяков – не повод для уныния. Уж поверьте моему опыту. Помощь прибыла вовремя, она даже не успела потерять много крови. Правда, у нее травмирован позвоночник, но и это поправимо.

– А Санта? Ну… тот, второй…

– Даже не знаю, как сказать. – Врач оказался в явном затруднении. – Он все еще не приходит в себя, у него обширное кровоизлияние в мозг, он сейчас на операционном столе, думаю, что если нейрохирургу удастся восстановить большую часть нервных волокон, то дело пойдет на поправку.