Неучтенный фактор

Весь этот ритуал занял не меньше пяти минут, а Юдгару все не терпелось приступить к еде. Он не понимал, по какой такой причине этот сомелье не оставил вино в бутылке, и уж тем более озадачился, когда старый лардованец, пожелав приятного аппетита, увез бутылку на том же самом столике, оставив немного вина на дне.

– Зачем все это?

– Это называется декантация, – терпеливо пояснил Миро. – Перед употреблением вино должно подышать, набраться кислорода, приобрести вкус, – он взял в руки бокал, поднес к носу, понюхал, затем промокнул губы, и только после этого сделал маленький глоток.

Юдгар взял свой бокал и отхлебнул из него едва ли не половину. Он не причислял себя к тонким ценителям вин, но букет его впечатлил. Совсем не похоже на то третьесортное пойло, которое подавалось в забегаловках старого города, где он любил просиживать со своими друзьями еще до летной академии. Тогда он считал свою семью достаточно обеспеченной, и только сейчас, глядя на шикарную обстановку, начинал понимать: какова разница между обеспеченностью и реальным богатством.

Его бы отцу пришлось выложить месячный заработок за обед за этим столом.

– А мы что, кого-то ждем? – Юдгар отправил в рот сразу несколько кусочков мяса и вилкой ткнул в сторону пустого места.

Лицо Миро нисколько не изменилось, но вот взгляд! Похоже, старый лардованец уже жалел, что пригласил своего неотесанного родственничка в такое приличное заведение.

– Да, ты должен познакомиться кое с кем прежде, чем я возьму тебя на работу.

Ага! Значит все-таки работа! Это уже интересно.

Юдгар залпом допил вино из бокала, и не успел опомниться, как из ниоткуда возник официант и снова наполнил его.

– Откровенно говоря, я не ждал, что меня…

– Только не думай, будто я на старости лет принялся заниматься благотворительностью, – скупо усмехнулся Миро. Взгляд серо-голубых глаз сразу стал ершистым и холодным, как раковина морского ежа на берегу северного моря. – Я возьму тебя на работу с условием: ты должен пройти испытательный срок, и не надейся получить даже малейшего снисхождения.

Если ты попытаешься воспользоваться своим положением родственника, и не станешь добросовестно исполнять прямых обязанностей, то я тебя немедленно уволю без всякого выходного пособия. Можешь потом жаловаться хоть во все суды Лардованы, – Миро качнул рукой с бокалом вина, – но не думаю, что тебе это сильно поможет.

Юдгар кивнул. Такой разговор его устраивал куда больше, чем заунывные беседы старшего братика.