Темное Наследие I. Напарники

– Ты помнишь ту ночь, когда мы остановились в отеле у моря? Ты, наверное, не заметила… А я только сейчас понял, что это дело лап демона. Думаю, он хотел, чтобы этот ребенок появился на свет. Видишь, что может произойти, если носитель потеряет над собой контроль? Как я потерял в тот вечер.

Габриэль пораженно смотрела на Адриана. Происходящее казалось ей чем-то нереальным. А маг продолжил:

– Я пришел, потому что ты должна вернуться ко мне. Для твоего же блага и блага… нашего сына. Когда он родится, я уже сказал, у него будет не больше шести-семи лет беззаботной жизни.

А потом ему потребуется особый подход. И я, будучи носителем, лучше всех знаю, как с таким ребенком обращаться. В противном случае, вы оба окажетесь в опасности.

Адриан знал, что выбрал верную риторику. Габриэль согласится – пусть и не сразу. Самое большее, ей понадобится пара дней, чтобы все обдумать. Но в итоге жизнь сына ей будет важнее личных обид.

– Почему я должна тебе верить? Ты уже дважды серьезно меня обманул. И ладно бы ты причинил боль только мне.

Но сейчас дело касается судьбы твоего собственного ни в чем не повинного ребенка!

– Потому что мальчика нужно будет учить контролировать демона! Иначе ему окружающим просто будет грозить смерть! А я знаю, что нужно делать!

Габриэль мерила шагами комнату, скрестив руки на груди. Наконец она повернулась к Адриану.

– Ты все время говоришь о мальчике. С чего ты взял, что это будет сын?

Маг усмехнулся.

– Потому что в семье Карриганов первенцы всегда мальчики.

Они становятся носителями. Ты можешь быть уверена, что это сын.

– Но почему это происходит? Почему мальчики, почему демон переселяется в ребенка?

– Мой далекий предок, наш родоначальник, заключил сделку с Безликим. Он стал первым носителем, пользовался могуществом и силой демона. В конце концов он понял, какую ошибку совершил. Если Безликий освободится, войдет в этот мир в своей полной силе, миллионы будут обречены. Демон бы получил свободу – после смерти носителя. Тогда предок изобрел заклинание и наложил его на весь свой род.

И теперь каждый первенец в моей семье становится сосудом для твари. Мы не даем ему прорваться в этот мир. Демон переселяется в ребенка, едва тот совершит осознанное зло.

На какую-то секунду Габриэль стало даже жаль Адриана. И все же – как поступить? В словах его было здравое зерно. Он действительно единственный, кто может защитить ребенка. Но обида на него всегда будет жить в душе, и чародейка это знала.