Куда идем мы…

Геннадий Васильевич Шелепин, – ровно пояснил Император и тем же механическим голосом повторил. – Гена знал, кто лежит под шкафом?

– Не-не… Не знаю. Нет, наверное, – и тут Четвертый вспомнил. – Точно нет! Он же сказал что-то вроде: я не знаю, кто ты, но кто бы ты ни был, не лезь в драку.

– Очуметь! – в голосе Императора наконец-то прорезались эмоции. Да еще какие! – Этот оптимист скинул на тебя «Святость», а потом увел Волкова, пожертвовав собой.

Глава третья. Остров Рикорда

(в которой нашему герою делают предложение, от которого нельзя отказаться)

о.

Императрицы Евгении.

42°52? с. ш. 131°39? в. д.

Ты, вообще, понимаешь, что произошло? – поинтересовался Император, – У него был даже не один шанс из ста, а гораздо меньше. Ты знаешь, что дистанционное инициирование «Святостью» невозможно без как минимум пятидесятипроцентной предрасположенности реципиента, но даже в этом случае статистика благоприятных исходов не превышает 4-5 процентов? И уж точно никто никогда не слышал о том, чтобы «Святость» скинули на кого-нибудь ниже десятки.

Император замолчал, возникла пауза и Четвертый внезапно понял, что это был вопрос.

– Нет, не знаю, – чистосердечно ответил он. – А Волков это кто?

– Тот, кого ты знаешь как Саню. А Лысый – Семенов. «Предрасположенность реципиента» и прочие непонятные слова – это о том, что Гена был невероятно везучим человеком, а ты – потенциальный бриллиант, требующий огранки.

– А зачем он так рисковал?

– Тупой? – искренне удивился обладатель 916 уровня. – Потому, что альтернативой был стопроцентный проигрыш. Волков с Семеновым отрабатывали его без вариантов. Они боевики, а у него боевка всю жизнь даже не побочкой была, он совсем в другие вещи раскачивался. Что он еще мог? Тянуть время, дожидаясь спасательной команды? Во-первых, он не мог знать о том, что я уже на подходе, а во-вторых, думаю, если бы он еще пару минут попрятался, когда его монахов вырезали, с него бы «Святость» слетела.

Обещание поговорить почему-то прозвучало очень зловеще. А Император меж тем продолжал:

– Когда Волков зажал его рядом с инициированным монахом – а других в монастыре нет – то есть теоретически способным перенять «Святость», Гена реализовал единственную возможность не слить наш план. Пусть даже возможную чисто в теории.