Претенденты

Пусть снимет шлем, если я не прав! – огрызнулся пудледемон и повернулся к Графену. – Снимай шлем, свинота!

– Это мой адъютант, и слушается только моих команд, – возразила Астра. – Сержант, отставить пререкания.

– Пусть докажет, что он хряк, а не человек, или я возьму вас под стражу, – оскалился сержант. – Нас больше, и мои парни слушаются только меня.

Графен уже понял, что заварухи не миновать. Происходящее его даже забавляло – девочке-дракону не выкрутиться, а значит придётся драться.

– Это ты, Артемон? Это я, Мальвина, – бросил он в радиоканал громким шёпотом, зная, что его услышит только Астра.

Пудледемон внезапно взвился на месте – непонятным образом он оказался на их волне. Повернувшись к волкоидам, он зарычал:

– Кто это сказанул?! Кто этот маленький вонючий цисгуманистический недоносок, который только что подписал себе смертный приговор? Никто, да? Это Хаяо Кодзима, Отец всех драконов, сказанул, да? Ну, офигеть! Да я вас всех до смерти физо замучу!

Пудледемон схватил за шкирку ближайшего волкоида и оскалил клыки у того перед глазами:

– Это ты сказал, пёс чесоточный, а?

– Сэр, никак нет, сэр! – испугано проскулил волкоид.

– Это я сказал, – сказал Графен, нажав на шлеме кнопку громкой связи.

Пудледемон завыл, бросив подчинённого, кинулся к Графену и схватил того за шлем, заелозив клыками по забралу. Александр двинул ему по рёбрам и, перехватив лапу, стал выкручивать. Отродье впилось ему в плечо и стало рвать с такой силой, что под бронетканью лопнула кожа, а плечевой сустав захрустел.

– Не мешайте им! – раздался крик Астры. – Пусть животные решат всё в схватке. Делайте ваши ставки, господа.

Девочка-дракон запрыгнула на ящик, на котором до этого сидел пудледемон, и, охватив взглядом озадаченных волкоидов, медливших с тем, чтобы броситься на помощь командиру, продолжила:

– Справа кладите хабар, если за победу Азора Бешеного, слева – если за Павло Виктимюка.

В это время Азор Бешеный, исходя пеной из пасти, продолжал рвать Графену плечо, несмотря на удары, которые тот наносил ему свободной рукой и ногами.

Зверюга словно не чувствовала боли. Лапами пудледемон пытался расстегнуть застёжки шлема, чтобы стащить его и добраться до горла. При этом он умудрялся защищать свою паховую область от ударов коленом. Это был жестокая схватка, и все навыки Графена, бывшего мастером крав-мага и боевого самбо, не давали преимущества перед столь свирепым врагом.