Равки

Из города раскалённых белых камней, пропитанных бензином и йодом, многолюдного, узкого, суетливого – в бескрайний простор тундры и холодного моря, где тот же йод, но приглушённый, смешанный с грибами, мокрым мхом, и ваксой с собственных ботинок. Он стоял на краю скалы, вдыхал отравленный севером воздух и гнал напитанную им кровь по венам в мышцы, пропитывался, врастал. Этот воздух только раз пусти в лёгкие – не забудешь никогда. Спроси кто у лейтенанта Виноградова, был он в жизни счастливее, – ответит: "Пока нет".

Сопка, на вершину которой они забрались, оказалась кратером, заполненным прозрачной водой. Дальний край озера терялся в дымке, а слева от них выдавался каменистый мыс. Волков склонился к уху Шумилова и еле слышно прошептал:

– Провала нет.

– Какого провала? – так же тихо переспросил Виктор.

– Мы на Двуглавой, посередине должен быть провал. Мы его снизу видели. Где он? И откуда вообще вот это всё? Сопка не была такой большой, когда мы на неё поднимались.

Шумилов не ответил, и Волков задумчиво потёр переносицу.

– Ладно, чего гадать? – сказал он. – Дымом с этой стороны тянуло. Сань, дымы оттуда?

Саня кивнул и первым поскакал по валунам.

– Эй, архар[2 - Горный баран, в Заполярье не водится], помедленнее! – зычно крикнул Шумилов. – Камни скользкие. Улетишь – тащи тебя потом на горбу!

Только сказал, как Саня покачнулся, взмахнул руками, хватаясь за воздух. Волков закатил глаза, Шумилов зло сплюнул. Лейтенант сверкнул крепкими зубами. "Всё штатно, товарищи офицеры!", – махнул он рукой и спрыгнул на следующий камень.

Запах горящего дерева усилился. Волков переломил ружьё и загнал в ствол недостающий патрон.

– Бережёного Бог бережёт, – сухо ответил он на удивлённый взгляд лейтенанта.

Шумилов потянул носом.

– Рыбу коптят, – сказал он.

У молодого громко заурчало в животе.

За краем скалы висела растянутая на кольях сеть с красными деревянными поплавками. Дальше, на сосновом пне в человеческий рост, торчал небольшой сруб с двускатной крышей.

– Это что за избушка на курьей ножке? – Саня в изумлении уставился на опытных товарищей.

– Лопарский лабаз[3 - Бревенчатое строение на сваях для хранения продуктов], – разрушил сказку Волков и убрал ружьё за спину. – На свае, чтобы не отсыревало, и медведи не растащили. Идём, лопари[4 - Устаревшее русское название саамов, отсюда и Лапландия] народ мирный.

За амбаром на широком уступе под самой скалой стояла добротная бревенчатая изба, крытая дёрном.