Черная кровь

– Нашему заключённому повезло, что его казнят сегодня, страшно представить, что с ним было бы теперь.

– Казнил бы его тихо наш заместитель и делто, – произнёс любитель пошутить, повернув голову в мою сторону и посмотрев на меня.

– Не думаю, скорее, его точно ждала бы долгая, мучительная смерть.

– Это как?

– Жизни не дал бы ему наш заместитель начальника тюрьмы.

– Думаю, ты прав.

– Куда тащим его хоть?

– Подбитая пташка сказала в подвал, – ответил, вновь рассмеявшись, стражник.

– Прекрати, нам ещё тут работать.

– Того выпустим, а этого в подвал, и не обсуждается, сам же сказал, нам тут ещё работать.

– Как же меня это всё достало, – пробурчал недовольно второй стражник.

Дверь подвала отперли, и оттуда вышел Мартин. Он был сам не свой, глаза были пустые, словно стеклянные, всё тело дрожало. Он без остановки что-то бормотал себе под нос и периодически вскрикивал.

– Что бубнишь, зверь? – схватив за волосы моего друга, спросил стражник.

– Давай бегом в камеру, пока не передумали, – продолжил второй, толкая его в спину.

– Ну что, того забрасываем в подвал? – произнёс один из них, как только Мартина увели.

– Того – это которого? – в недоумении посмотрел второй стражник на своего «брата по оружию».

– Этого, понятное дело.

– Этого, того, это которого? – продолжил стражник, не понимая, что ему говорят.

– Того, который этот.

– Этот – это тот?

– Да нет, тот не этот, этот не тот, это тот, а тот этот, но не тот, как тот этот или этот тот.

– Чего?! – закричал стражник, его зрачки расширились, уши покраснели, в головной коробочке происходило неописуемое бурление мыслей, готовое вот-вот через уши пустить струю пара.

– Повторить?

– Спасибо, нет, бросаем, короче, того, которого приказали.

– Так я о нём и говорил.

– Заткнись, – закончил их диалог стражник, которого заставили напрячь извилины.

Они подняли меня за руки и ноги, раскачали и забросили в темноту мрачного помещения, а затем захлопнули дверь.

…Стояло знойное утро, лучи солнца припекали тело, а тёплый ветерок обдувал лицо. Всем отрядом мы шли на работы, поднимая ногами пыль с дороги, которая поднималась вверх густым слоем. Было тяжело дышать, по лбу стекали капли пота, в колонне слышался кашель.