Геном Ньютона

Через пару лет после своих разводов они вдруг встретились на утреннике в одном из детских садиков, куда стали приходить к своим внукам.

Как известно, деды любят внуков больше, чем детей. Поскольку у них одни и те же враги. Это дети – для дедов и родители – для внучат. И именно на этой фундаментальной основе возродились приятельские отношения Вартова и Морозова. И не только возродились, но и стали развиваться. Вартов приглашал Морозова к себе на дни рождения, а Морозов представил Вартова своей очередной пассии – Лене Копчиковой.

Яркой брюнетке, впрочем, скорее всего крашеной, поскольку при иссиня-черных волосах на ее лице явственно просматривались рыжие веснушки.

Морозов, отойдя от неумеренного употребления алкоголя, впал в другую крайность, стал трезвенником и начал крутить романы с молодыми женщинами.

– Сие дает мне силы для некоей сверхзадачи, ради которой я пришел на эту землю, – напыщенно говорил он Вартову.

Вартов благосклонно относился к этой слабости, а впрочем, может быть, и силе приятеля.

Профессия научила его квалифицировать деяния, но не оценивать людей. Его нельзя было склонить к союзничеству сообщением о том, что кто-то его, Вартова, не любит. Или кто-то его, Вартова, назвал… Вартову было плевать, как его называют. Единственное, чего он не любил, это когда его называли Сеней. Но никто из окружения об этом не догадывался.

Поднявшись на четвертый этаж и зайдя в свой кабинет, Вартов списал номер с мобильного телефона в записную книжку и позвонил коллегам из милиции.

Уже через четверть часа он знал, что данный номер принадлежал машине, которая разбилась полмесяца назад вдребезги. Машина, как утверждали гаишники, не подлежала восстановлению. Но, видимо, номера сохранились, и кто-то толкнул их налево.

Ситуация была тупиковой для любого нормального человека. Но не для Арсения Вартова.

Он узнал из телефонного справочника, что улица, на которой жил Морозов, значится за Фрунзенским УВД, сообщил в секретариат, что будет именно там, и поехал во Фрунзенское управление к начальнику следотдела.

* * *

Налыгов перепрыгнул через разрушенный забор с тыльной стороны парка и успел углубиться в одну из аллей, как некто приличного, совсем не бомжеватого вида выскочил из кустов и бросился ему под ноги. Споткнувшись о неизвестного, Налыгов упал и потерял очки. В это время на голову Петру надели мешок, несколько сильных рук подхватили его и затолкали в багажник машины.