Когда хвост виляет собакой

Второй гаишник, словно не видя Саввы, подошел к задней дверке, открыл ее и произнес:

– Ваши…

Доморацкий растерянно шарил по карманам, пока не нашел свой паспорт. Гаишник долго смотрел на первую страницу, видимо, желая запомнить фамилию владельца, а потом спросил:

– Из Москвы?

– Из Америки, – с легким вызовом ответил Доморацкий, который еще не отошел от шока, связанного с такой бесцеремонной остановкой и проверкой.

Гаишник вернул паспорт Доморацкому и отступил от машины. То же сделал напарник.

– У вас всегда так? – спросил Доморацкий Савву.

– Нет, не всегда, только сегодня, – ответил Савва, – это не просто проверка. Похоже, наши конкуренты решили узнать, кто к нам прибыл… И узнали.

– Ну все равно бы узнали, – словно успокаивая Савву, произнес Доморацкий.

– Не люблю, когда меня опережают конкуренты, – ответил Савва.

– Эт-то точно, – вставил свои пять копеек Турген.

Минут десять все молчали, а потом Доморацкий сказал:

– Долго еще? – ему не терпелось побыстрее оказаться в обстановке, где он хозяин положения.

– Приехали, – ответил водитель, сворачивая с магистрали к небольшой пятиэтажке.

Выйдя из машины, Савва показал рукой дорогу дальше, но Доморацкий, тоже молча, кивнул на багажник. Водитель открыл его, Доморацкий долго копался в сумке, пока не достал черную папку и диск. Папку он сунул под мышку, а диск протянул Савве:

– Это мои лекции в рамках курса культурной политики.

После этого они, оставив водителя, вошли в здание. На втором этаже располагался офис группы поддержки одного из кандидатов на пост президента Республики Елактау Чингизова.

2

В офисе растерянность Доморацкого окончательно прошла, и он снова почувствовал себя главным спецом, которого за хороший гонорар пригласили консультировать группу. Войдя в помещение, он иронически улыбнулся присутствующим, сидящим за большим овальным столом.

– Олег Евстафьевич, – представил гостя Савва и предложил тому сесть в торец стола, а сам стал за спиной у Наиля, одного из членов его команды.

Красивый узбек с тонкими чертами лица по подпольной кличке Наиль-шах имел большие карьерные амбиции. До избирательной кампании он работал журналистом в центральной газете. Но та негласно была рупором Касымбаева, конкурента Чингизова-старшего, и на период выборов Наилю пришлось уйти на вольные хлеба.