Чаша Одина

 – Королева Глориана хочет видеть тебя…

Королева ждала его в саду Синдри. Деревья были здесь низкорослые, но с густой кроной, отливающей красным золотом.

– Тебе нравится? – спросила Глориана норвежца, нежно прикоснувшись кончиками пальцев к затрепетавшему листу. – Эти деревья из священной рощи Гласир, что простирается у стен Асгарда, города богов.

Гейр промолчал, не в силах найти подходящих слов. Если посланница королевы была нечеловечески красива, то сама королева была просто прекрасна, и в её присутствии если и хотелось говорить, то только стихами, уподобляясь скальдам:

Белая лебедь, гордая птица…

Лебёдушка нежная ночью мне снится.

Летит она, гордая, горя не зная,

Словно луч солнца, пространство пронзая.

И нет ей преграды, нет срока и плена,

Лебёдушка белая, ты – выше тлена!

Словно не замечая замешательства гостя, Глориана опустила голову, сосредоточенно обдумывая что-то, что ей было трудно высказать. Ингард терпеливо ждал, и готов был ждать хоть до скончания веков.

Наконец она решилась.

– У тебя был сегодня поединок с графом Ахарном.

– Да, – кивнул норвежец, не понимая, к чему она клонит.

– Схватка – это плохо само по себе, но хуже всего то, что она закончилась не в его пользу.

– Я победил честно! – резко воскликнул Гейр. Глориана слабо улыбнулась.

– Ахарн самолюбив, и он не забудет поражения. Хоть они с моим мужем и братья, между ними идёт давнишняя вражда из-за королевского трона. Видишь ли, они близнецы, и появились на свет в один и тот же час.

Ни о каком старшинстве не может быть и речи, но Ахерон, отец Ахарна и Велунда, отдал предпочтение моему мужу. Ахарн не был с этим согласен, но воля отца для любого альва – закон, и граф смирился. Однако Ахерон погиб в схватке с Мотсогниром, королём чёрных альвов… – Глориана печально вздохнула, и Гейру почудилось, что на солнце набежала туча. А королева продолжала:

– Вражда между братьями сразу обострилась, хоть и не заметна непосвящённому. Ахарн хранит верность, но это всего лишь видимость.

Малейшая слабость Велунда может спровоцировать его на открытое неповиновение, а сейчас, из-за угрозы со стороны Свартальвхейма, страны чёрных альвов – низовиков, это будет настоящей катастрофой.

– Льесальвхейм, раздробленный и ослабленный, падёт под их натиском, и наступит Рагнарок, – шёпотом закончил её мысль Ингард. Глориана кивнула.

– Именно. По этой причине ваше с Ахарном противоборство и вызвало такую холодную реакцию у альвов.