Кофе по-ирландски

Казалось, наши тела, независимо от нас самих, пытаются наверстать упущенное, стараются насытиться друг другом…

Через час у меня уже просто не осталось сил.

– Прости меня, Тём. Прости, что сделала тебе больно…

Он всё гладил и гладил меня по волосам.

– Прости и ты меня за то, что не смог удержать, что не посмел силком оставить.

– Я не могла тогда поступить по-другому… – тихо проговорив, принимала его ласки, утопала в его руках.

– Я знаю. Ты не поверишь… я пытался забыть, пытался строить отношения, но все они – не ты, понимаешь? У них другой запах, другой вкус губ, кожи, а мне нужна была только ты.

Прикрыв глаза, я с горечью выдохнула:

– Не надо, милый. Прошлого не вернёшь.

– Да кто это сказал? – раздался возмущённый стон. – Кто вбил в твою голову, что что-то – можно, а чего-то – нельзя? Я тебя прошу, я умоляю тебя: давай уедем? Вот прямо сейчас. Вернёмся, отдадим Женьке ключи и уедем!

– Тём… – борясь с самой собой, попыталась образумить его.

– Да ты хоть раз подумай о себе! О том, чего хочешь ты, – с ударением на последнее слово, с прерывистым дыханием прозвучал его голос, – а не о том, что хотят от тебя другие! Если ты сама себя не любишь, позволь я буду любить тебя и за себя, и за тебя. Дай нам шанс.

Я настолько не привыкла к такому обращению, что никак не могла поверить в реальность происходящего. Всё казалось каким-то ненастоящим.

– Тёма, мне нужно время… – с мольбой посмотрела на любимого.

– Прошло почти пять лет… тебе ещё нужно время? – он, взявшись за подбородок, повернул мою голову к себе.

Глядя в его глаза, прошептала в ответ:

– Я не могу всё бросить. Я человек, живущий земной жизнью. Наверное, даже не романтик… Мне нужно подумать, – но, не выдержав внутреннего напряжения, воскликнула: – Это же полное сумасбродство!

Тёма плотно сжал губы, а потом больно резанул по сердцу очевидной фразой:

– Сумасбродством было в восемнадцать лет выскакивать замуж! Скажи мне, только Бога ради, честно скажи: ты его любишь?

Любила ли я мужа?.

– Не знаю, Тём… не знаю. Наверное, не так уж сильно люблю, раз я сейчас здесь, с тобой…

– А меня любишь? – не отводя взгляда, он словно старался воочию увидеть мою душу, мои истинные чувства к нему.

Я боялась этого вопроса. Не потому, что не знала, как на него ответить.