Я, гражданин Украины

 – Вы живете во всем мире в чайна-таунах, едите своих пекинских уток и даже не удосуживаетесь понять культуру стран, где вы живете!

– Нам не нужна ваша культура! Наша лучшая, и она великая! Зачем нам ассимилироваться – это и так наш мир! Как вы тупы! – потом сразу спокойным тоном. – Переливайте чай, нюхайте – он прекрасен…

– И мир постепенно понимает, как ценна наша культура, наше наследие – ведь не зря даже на Украине стали ценить и приглашать наших специалистов на работу!

Да, помню-помню.

Сначала было постановление об освобождении ЗАЗа от налогов. Потом о передаче контрольного пакета акций фирме «Дэйву», владевшей до того сорока процентами. Потом, как достижение демократии, было объявлено, что военизированная охрана с целью борьбы с массовыми хищениями имеет право на безлицензионное использование оружия и создание групп охраны имущества по всей стране. А когда контрольным пакетом уже владела «Дэйву», было разрешено использовать на работе граждан неукраинской национальности… Потом «Дэйву» была продана канадской компании «ГЕО», которая полностью контролировалась первым замом председателя КПК (компартии Китая).

Реально это привело к созданию китайской полиции, не подчинявшейся украинским властям, а также к формированию отрядов китайских народных дружинников, якобы для наведения порядка среди соотечественников.

Потом все это стало потихоньку разрастаться как метастазы, да и сам организм уже давно был тяжело болен…

– Да, конечно, можно гордиться историей своей страны, но, по-моему, отождествлять себя полностью с теми, кто жил на вашей территории три тысячи лет назад, – это достаточно амбициозно, – не переставал сопротивляться я.

 – Где гарантия, что ваши великие предки и вы – это одно и то же? Вот например, моя бабушка родилась в стране, гордящейся своими царями, культурой, своими победами над французами, турками, японцами. Я родился в стране уже с другой историей, в которой были гениальные вожди, было торжество идей над разумом, но были и первый космонавт, и Курская дуга. А теперь я живу в стране, у которой в истории только вырезанные собственными фашистами поляки, какие-то жалобы на угнетение и диалект вместо языка. Утвержденный волею 300 бывших коммунистов. При этом, заметьте, – я никуда не переезжал! А представьте вашу многотысячелетнюю историю.