Superстар

То, что он сказал, подводя итог встречи, удивило. Можно даже сказать – возмутило. Александр Яковлевич неожиданно стал предельно серьёзным и нахмурил брови:

– Так-так-так, сказал бедняк. Кругом болваны, а я сижу без денег. Так-так-так. Некоторые считают, что их ум позволит избежать наказание. Но это не так. Преступлений без наказания не бывает. Возмездие обязательно наступит. Если не по букве закона, так по закону человеческой справедливости. Преступника постигнет кара. Или он станет совсем другим созданием – не человеком, или его замучает совесть.

И то и другое – хуже, чем казённый дом с решёткой на окне.

– К чему вы это?

– Если есть грех, лучше сразу покаяться, пока ещё не поздно. И наказание будет не таким суровым. Я не про тюрьму говорю.

Николь с ужасом ожидала, что будет дальше: взрыв, негодование, крик, обещание пожаловаться. Но поведение Алины её удивило не меньше выходки старика. Даже озадачило. Женщина потупила взгляд и неожиданно заплакала. Слёзы обильно побежали по щекам. Она сжала веки и с трудом выговорила:

– Я день и ночь каюсь.

Спать не могу.

– А ты расскажи, сразу легче станет.

Рассказ обескуражил старика:

– Это я его убила…

Николь подсуетилась, достала из сумочки диктофон и включила на запись.

– Да, убила… Накануне я приготовила себе бокал со снотворным… Но передумала пить… А он, забежав домой переодеться, видимо, подумал, что это вода… И выпил… А затем упал и разбил голову…

– А стакан куда подевался? В протоколе его нет.

– Да, да… Его и не могло быть.

Пустой стакан стоял рядом с мойкой. Я ничего не соображала, когда Андрея увидела. Мне плохо стало. Таксист меня отпаивал из этого стакана. Я уже через неделю вспомнила про снотворное. Когда Вагин сказал, что это несчастный случай, я стала размышлять, как он мог упасть. Андрей никогда ничем не болел, и сердце у него было крепким. Ночью мне стакан со снотворным и приснился.

Она встала из-за стола, не попрощалась, и словно зомби двинулась к выходу из ресторана.

Николь тут же высказала всё, что думала:

– Александр Яковлевич, так нельзя! Возможно, в ваше время можно было даже пытки применять.

Но сейчас – это гнусно. Вы понимаете, что она жалобу может настрочить? И вообще, почему вы ни с того, ни с сего на неё набросились?

– Эх, Коля, Коля! Версию виновности супруги никуда не денешь. Она всегда первая в подобных случаях. Но вы за целый месяц ни разу к ней не прикоснулись. Вот и пришлось мне раскрыться. Хотел проверить, как она отреагирует.