Амадзин

Мне он едва достаёт до груди, но когда однажды мы завязались с ним толкаться, я обнаружил, что толкать Тарба то же самое, что биться о каменную стену – бессмысленный процесс. Он ещё и обоими руками пользуется с одинаковой сноровкой. Что в правой меч – левой щит, что наоборот, а то и в обе руки по щиту.

О! Это, вообще, отдельная история. Перехватили мы как-то отряд снежников. Иногда из-за горной гряды покрытой вечными снегами приходят воинственные недомерки, желающие грабить и убивать. Худые, низкорослые и серокожие создания, отдалённо напоминающие человека кое-как закутанного в шкуры.

Кровожадные и воинственные, но жутко трусливые. Раньше-то они через Сталагор не могли пробиться, а как столица пала, так и повадились пробираться через Живые горы к деревне.

Вернее, к самой деревне они так ни разу за мою жизнь и не дошли. Кто-то из проводников обязательно обнаруживал их заранее. Горы это вам не степь, там где я смогу целый караван за день провести, снежники целую неделю кругами бродят, пути ищут. За это время я успею домой сбегать, народ собрать и назад вернуться.

Помню, как тогда я первый раз обнаружил отряд снежников, всю ночь в Горнар бежал, запыхался. Залетаю в кузню к деду, с выпученными глазами взахлёб рассказываю о неприятеле, трясусь. Он только бровью повёл и не отрываясь от наковальни спокойно говорит:

– Погоди-ка сын. Это что же, МНЕ с разной шелупонью разбираться? Позови пару товарищей понадёжней и порешайте вопрос.

– Так их же двадцать!

– Да хоть сорок – это же снежники, – сказал, как сплюнул Оттан.

 – Иди давай, не мешай деду.

И отмахнулся, мол не царское это дело, глупостями заниматься. Было мне тогда лет четырнадцать вроде. Позвал я с собой Мерика и Тарба – на тот момент ближайших товарищей.

К обеду следующего дня нашли мы отряд снежников. Напали. В первые секунды с непривычки страшновато было, но неприятель возможности горцев знал не понаслышке и быстро обратился в бегство. Шли значит убивать и грабить, а встретили трёх юнцов по дороге и сразу бежать – вот в чём смысл такого похода, где логика? Барсы горные и те умнее, могут в одиночку на караван напасть, но унюхав коренного жителя гор, сразу прячутся.

А эти? Дернуло их загнать себя в тупик – впереди и вокруг скала стеной, а сзади мы трое напираем. Вот только подход к врагам оказался узким, едва кто-то один протиснется.

Сработало правило загнанного в угол пса. Недомерки копьями ощерились, в одиночку к ним не сунешься – заклюют, а вместе не протиснуться. Пат.