Ничего не возьму с собой

– Кем и когда?

Поддержать дискуссию на таком уровне охранник уже не мог. А еще он никак не мог понять, почему девица с бейджиком «старший менеджер», стоящая позади мужика, ничем ему не помогает.

– Если законом это запрещено, я подчинюсь. Но хотелось бы увидеть текст этого закона, – дожимает беднягу Виктор.

– Самый умный, да? – наконец выходит из себя охранник.

Отчего-то выражение «самый умный» у представителей определенного социального слоя является жестоким оскорблением. Виктор этого никогда не понимал.

Вот у евреев, например, самый умный – это комплимент. А тут если хотят оскорбить, то спрашивают: ты что, самый умный? Типа так ты лучше меня? А получи вот в дыню, потому что если ты самый умный, то ты слабак и никак тебе твой ум не поможет, потому что против лома нет приема.

И если бы охранник был в состоянии извлечь этот логический ряд из своего сознания, он бы все так и сформулировал, но семантика ускользнула от него, и осталось только вот это «самый умный» в виде оскорбления.

– Да, самый умный, – кивнул Виктор. – А что?

А то, что бедняга-охранник окончательно «завис». Налицо разрыв шаблона: «самый умный» не только этого не стыдится, но еще и оказался здоровенным дядькой. Никак не хлюпик и не ботан, и совсем не боится, и, что хуже всего, никакого почтения к бейджику с внушительной надписью «Борис, охрана» не испытывает.

Анна все-таки решила вмешаться и, пристально посмотрев на охранника, скомандовала:

– Ступай займись делом. Чего стоишь? У нас в магазине производить фотосъемку не запрещено.

И никакой закон этого тоже не запрещает.

– Ну вот, – Виктор укоризненно улыбнулся. – Взяла и вырвала добычу у меня из рук. Что ж за день такой сегодня.

– Я предлагаю вам контрибуцию. Может, пива хотите? Пока ваша жена выбирает себе что-то красивое.

Они обошли обиженного в лучших чувствах охранника, превратившегося в соляной столб, и направились к отделу, куда так рвалась душа хозяйственной Раисы.

– У нас тут кафетерий, пиво есть и разливное, и в бутылках.

 – Анна весело подмигнула Виктору. – Вы же не за рулем, надеюсь?

– Нет, не за рулем. Меня жена возит, – Виктор засмеялся. – Видишь, Рая, уводит меня молодая красавица среди белого дня, можно сказать, а ты стоишь и смотришь на это безобразие, словно тебе и дела нет, что родного мужа, как коня, за уздечку и со двора.

– Приведут обратно вскорости, еще и денег приплатят, чтоб обратно взяла, – засмеялась Раиса.