Николай Негодник

Споем про старую добрую Англию или еще по одной?

– Конечно, повторим, дорогой мой, – согласился президент и достал еще бутылку. Потом подумал и присоединил к ней две банки пива. – Как говорят наши друзья и союзники с Туманного Альбиноса – водка без эля, что гинею отпустить до ветра!

– Туманного Альбиона, сэр, – машинально поправил госсекретарь.

– Я так и говорю. А ты, Билли, чем умничать, лучше бы рассказал, как мы избавились от этого русского негодяя. И не режь сало такими крупными кусками! Его в отличие от кокаина на любом перекрестке не купишь – продукт дорогой и редкий.

Мистер Уильям С. Ракс поперхнулся и долго кашлял, прежде чем начал доклад.

– Я подключил к этому делу министра обороны, сэр.

– Нашего?

– Разумеется. Английский был в отпуске по уходу за его заболевшей киской.

– О, эти англичане всегда так сентиментальны.

– Нет, сэр. У них министром обороны женщина. И у госпожи Виктории Брахман никогда не было домашних животных, за исключением мужа-футболиста.

– Вот как? А она из лейбористов или консерваторов?

– Не знаю, сэр. Должность была куплена два месяца назад на аукционе «Кристи» за тридцать три миллиона фунтов стерлингов.

Брюс Моисман в этот момент закусывал и потому пробурчал с набитым ртом:

– А почему не обратились к директору ЦРУ?

– Да ведь он же негр?

– Не может быть! – От неожиданности президент забыл даже про толерантность. – И что за мудак назначил негра на такой ответственный пост?

– Но, сэр, это вы его и назначили…

– Наверное, я был сильно не в себе? – Брюс Моисман смутился, разволновался и для успокоения поглаживал карту Западного полушария, расстеленную на столе, где-то в районе Гондураса.

– Вы были абсолютно трезвым, сэр, – осмелился возразить С. Ракс.

– Не помню…

– На следующий день после инаугурации. Вы еще сказали, что будет прикольно иметь афрониггера на посту директора ЦРУ.

– Я так сказал? – оживился президент.

Госсекретарь обиделся и возмущенно засопел. Конечно, мужланские замашки шефа его очень возбуждали, но и доставляли немало хлопот по приданию им достойной гламурности. И вот новый несправедливый упрек.