Вторжение

Он с трудом припоминал, что после выпитого, тот человек что-то шептал ему в ухо, но что конкретно вспомнить не получалось. Сейчас больше всего на свете бывшему доценту нужно было спешно оказаться именно там, в парке, чтобы рассказать всё, увиденное в ночном путешествии души, и получить ещё порцию того же божественного напитка. Главное не упасть раньше времени, не сбиться с направления. Важно, чтобы тот человек был на месте и ждал его с бутылкой в руке.

Тяжело дыша, Жаба вбежал в аллею парка – на третьей с краю скамейке сидел он, тот самый рыбак, которому он должен рассказать… и получить… и всё, что угодно дальше.

– 16 —

– Так, подследственный, покажите, где вы находились, когда на вас напал старший лейтенант Добров?

– Где я мог находиться? В дверях стоял, я же их открыл!

– Не надо задавать вопросы, встаньте на это место, не нарушайте ход следственного эксперимента.

– Никак не получилось, гражданин начальник. Ружьё у стеночки стояло, я к охоте готовился, вот и поставил. Живу один, где хочу, там и ставлю!

– Не надо подробностей, гражданин Рыбалко! Что произошло, когда вы открыли дверь?

– Да я чуть не обоср…, пардон, гражданин начальник, испугался сильно – смотрю, он в меня из автомата целится и уже на гашетку жмёт! Ясен пень, я отпрыгиваю и на пол хрясь, а ружьё падает и само бабах.

– Само?

– Вот те крест, начальник, само! Думаю, хорошо, что картечью зарядил, а то бы он меня в капусту из Калаша покрошил.

– А зачем в квартире из ружья стреляли, Рыбалко?

– Так это случайность! Я сам испугался, когда бабахнуло. Курки у ружья слабые, чуть что, сразу палит. Это вам любой скажет, кто его в руках держал.

– Хорошо, гражданин Рыбалко, так и запишем – ружьё выстрелило случайно в момент падения. Так?

– Ага, святая правда, гражданин начальник, зуб на рельсы, век воли не видать!

– Ты, это, хорош тут феней поливать, говори человеческим языком или мне твои «век воли не видать» в протокол вносить?

– Не-не, могу и по-человечьи – подтверждаю, что ружьё выстрелило само в момент падения, я до него не прикасался и не имел умысла убивать этого, как его… лейтенанта…

– Старшего лейтенанта Доброва!

– Ага, вот его самого.

– Так и запишем, несчастный случай, с кем не бывает.