Катарсис

– Остановитесь, вы же были когда-то людьми, в вас же есть что-то человеческое, зачем вы творите это? Не над-а-а-а-а, остановитесь!

– Эй, бомжара, документики предъявил быстро!

Что? Кто это? Кому они говорят? Кого они называют бомжом? Разве непонятно, что человеку плохо, ему врач нужен!

– Оглох что ли? Подскочил быстро, документы показал! Непонятно сказано? По рёбрам дубинкой пройтись?

С трудом возвращаясь к реальности, Егор открыл глаза и обернулся на голос. Двое молодых полицейских выразительно постукивали дубинками по ладоням, намекая на последствия для тех, кто туг на ухо.

Понятно, орущий, валяющийся в пыли, в рваных джинсах, грязной майке и кроссовках не по размеру он выбивается из массы праздно шатающейся молодёжи. Но зачем грубить? Вам заняться больше нечем? Оглянитесь по сторонам, вам ничего не кажется странным?

– А что случилось? Я что-то нарушил? Нет у меня документов. Не обязан с собой носить, не военное положение, – огрызнулся он, вставая с земли и отряхиваясь.

 – Я нормальный человек, просто одежда не моя!

Он испытывал к полицейским чувство отвращения, словно именно они виновны в происходящем. Точно такие же были в компании уголовников, атаковавших их здесь, на Кировке, в составе свадебной процессии. Интересно, а они настоящие или призрачные? Он уже решил было ткнуть для проверки пальцем в любого из них, как ему завернули руки за спину и весьма ощутимо для острастки ударили дубинкой.

– Умничать на параше будешь, – прошипел один из парней ему в ухо.

 – Быстро назвался, адрес прописки, где работаешь?

С трудом вернув дыхание, мучаясь от боли, Егор поспешно выкрикнул требуемое.

– С нами поедешь, в обезьяннике посидишь, мозги проветришь. Федя, вызывай машину, будем грузить пассажира.

– Что я сделал? – заорал Егор, пытаясь вырваться из жёсткого захвата. – Отпустите, не имеете права! Я жаловаться буду, в суд пойду!

Несколько жёстких ударов дубинками по рёбрам резко изменили его отношение к правосудию. Как-то сразу само собой отпало желание что-то писать, куда-то идти жаловаться, хотелось одного, чтобы это закончилось прямо здесь и сейчас.

– Ну, ещё жалобы, предложения, пожелания? – с угрозой спросил Федя.

– Водички, мороженое, обед из ресторана? – поддержал тему второй полицейский.

Егор молчал, потому что ситуация ему категорически не нравилась. И вовсе не беспределом полицейских, а тем, что вокруг них собралась масса обитателей Плацдарма, привлечённых суетой.