Необычная фантастика. Повести

– Здравствуйте, Сергей Иванович! – услышал я знакомый голос капитана.

Он стоял возле клетки в белых шортах и белой рубашке с короткими рукавами. Огромный синяк под глазом и множество ссадин на лице напомнили слова боцмана, что кэпа сильно избивали при захвате.

– Здравствуйте, Олег Викторович! – не скрывая удивления, сказал я.

– Не удивляйся, я жив и здоров, так слегка разукрасили меня ребята для алиби.

– Какого алиби? – ничего не понимая, спросил я капитана.

– Я не буду с тобой юлить, скажу прямо.

– Какой бизнес? – не выдержал я, внутри всё закипело. – Ты служишь убийцам, это же нелюди, они убивают, грабят, насилуют!

– Успокойся, Сергей, и выслушай меня!

– Не могу я успокоиться, пошёл прочь отсюда, ублюдок!

– Хорошо, я уйду, но ты подумай: шеф предлагает тебе работать на него, он восхищён твоим везением, будешь жить, как человек, ни в чём себе не отказывать.

– Пошёл вон!

Капитан ушёл. Я сгорал от ненависти, стал со всей силы лупить кулаками по решётке, кровь брызгала с разбитых пальцев, но я не чувствовал боли. Обессилев, я упал на землю и зарыдал, как ребёнок. Я не плакал с самого детства. Выплакавшись, мне стало легче, я сел в углу клетки и вдруг подумал, а что, если это единственный шанс, что-то исправить.

Вечером, когда капитан вернулся, я дал согласие на сотрудничество с пиратами.

Награда

Мы сидели на просторной террасе за круглым столиком. Я с аппетитом ел спагетти и запивал сухим вином. Капитан сидел напротив и рассказывал мне, как он уже много лет работает на пиратов, устраиваясь в частные фирмы, которые рекомендуют, неизвестные ему, боссы, потом набирает команду из безработных моряков со всего мира и ждёт, пока покровители не дадут команду слить груз пиратам. Наш сухогруз был уже вторым его судном, по контракту ему остался ещё один корабль, для этого алиби ему и обеспечивали.

Наевшись, я стал выяснять, что должен делать я. Рядом с нашим столиком стояли вооруженные пираты. Олег объяснил, что пока я на деле не докажу свою преданность за мной будут присматривать и жить придётся под домашним арестом. Потом он протянул мне папку с бумагами и сказал:

– Вот твой контракт, там всё написано. Ты ведь читаешь по-английски?

– Немного могу.

– Ну, что не поймёшь, спросишь.