Кремль

Глава 7

Ключевое звено

Надо ждать, когда плод созреет. Но когда он созреет, его надо сорвать!

Подмосковный замок «Майндорф», что в переводе с немецкого означает «Моя деревня», был предприятием коммерческим. Он, правда, относился к категории «ОГО» – объектов государственной охраны, но принадлежал Управлению делами президента и предназначался приносить прибыль – сдавался в аренду для корпоративных мероприятий и прочих надобностей. Теоретически он мог использоваться даже для свадебных церемоний и разных приятных увеселений, что, впрочем, не особенно афишировалось.

Замок был построен в восьмидесятые годы XIX века по заказу экзальтированной генеральской дочери Надежды Казаковой, увлекавшейся рыцарскими романами. А название «Моя деревня» получил не из-за сельской сущности, а после того, как девица вышла замуж за небогатого барона по фамилии Майндорф.

В советские времена здесь обосновался Дом культуры работников совхоза «Барвиха». А потом замок попал в тесные «объятия» Управления делами, которое вернуло ему былую роскошь.

Президент, «как простой олигарх», вынужден был периодически арендовать «Майндорф» для проведения международных переговоров на лоне природы в псевдоготическом декоре «подмосковного замка». Его личная загородная резиденция «Горки» на Рублевке была для торжественных приемов тесновата.

Премьер в этом смысле пользовался некоторым превосходством. Построенная еще при Горбаче загородная резиденция в Ново-Огарево имела много неуютных, но достаточно просторных помещений.

Дюк с непринужденностью старого приятеля попросил Ратова подвезти в «Майндорф» положение об управлении экономических реформ и прочие документы.

– У президента будет минут двадцать. Лучше сделать это сегодня, а то скоро Новый год. Может затянуться.

Устроившись в маленькой уютной комнате замка, Ратов еще раз просмотрел заготовленные бумаги.

«Неужели он будет все это читать? Или только просмотрит? Вроде все согласились». Ратова не покидало ощущение нереальности происходящего.

Если серьезно заняться предлагаемым вариантом, это может открыть новый путь развития, перевернуть многие устоявшиеся понятия. Но все происходило слишком буднично, как бы между прочим. И в «состоянии пониженной видимости».