Замок на границе миров

– Что? Мерлин в магическом сне?!

От такой новости Артур резко остановился и отпустил свою часть ноши – от неожиданности Красавица тут же провисла, потеряв равновесие, и охотничьи трофеи потянули ее и ее хозяина вниз со склона – Артур едва успел поймать их и вытянуть обратно на тропинку.

Они остановились, отряхиваясь и поправляя спутавшуюся упряжь.

– Ну да. Моргана, дочь Пендрагона, подсыпала ему что-то в еду. Моргана та еще штучка! Нет такой гадости, какой бы она не сделала! – сказал Гвин с кривой ухмылкой.

– Тогда мне, пожалуй, нет смысла идти в замок, – заявил Артур. – Кроме Мерлина, я никого там не знаю. Придется вернуться в Долину. Разгружай-ка Красавицу, ей больше не придется тащить эти кабаньи обрезки.

– Ты что – собираешься повернуть назад? Даже не думай! – воскликнул Гвин, преграждая ему для верности дорогу. – Магическая защита не пропустит тебя обратно в Долину.

– Тогда придется мне дойти до Замка, и развернутся в обратный путь прямо у порога, – Артур вздохнул, хозяйственно подтянул упряжь Красавицы и двинулся дальше.

– О, да, замок Пендрагона стоит того, чтобы его увидеть, – воскликнул Гвин. – Это самая неприступная крепость во всем Приграничье, а может быть, и во всем свете.

Они двинулись дальше.

Некоторое время шли молча.

– Знаешь, я тоже могу стать твоим покровителем в Замке, – сказал Гвин.

– Принц? – изумился Артур. – Ты – принц?

– Представь себе. Принц Гвин, сын короля Леодегранса. Три года назад мой отец отправил меня Пендрагону в заложники.

– Принц-заложник? – воскликнул Артур. – То-то, я гляжу, в тебе что-то иностранное.

– Не такой уж я иностранец. Моя мать родом из этих мест, – возмущенно возразил Гвин.

– Не обижают тебя в замке?

– Ну, мне живется там неплохо, хотя кое-кто и пытается припомнить о прошлых войнах с моим отцом, – Гвин помолчал и добавил, – Но сам Пендрагон – неплохой старикан, мы с ним ладим.

– Мои навыки больше подходят для войны, чем для трудов няньки, присматривающей за ребенком, – сказал Артур, но, увидев, что его прямота огорчила принца, добавил, – Впрочем, мне следует быть скромнее.