Идеальный калибр

В них даже были мелкие окопчики, позволяющие занимать удобное положение при стрельбе лежа.

Здесь, пока не поступил тревожный сигнал от дозорных, можно было не прятаться от автоматных очередей или от одиночных выстрелов снайпера. И потому все солдаты сидели неподалеку от своих окопов, готовые в считаные секунды занять боевую позицию. Герасимов нашел подходящий камень, чтобы присесть. Ему даже не нужно было каким-то словом или жестом привлекать к себе внимание, потому что все и так на него смотрели.

– Есть ли среди вас охотники? Не те, кто один раз сходил уток пострелять, такими не интересуюсь.

А настоящие, серьезные?

Пауза длилась недолго. Радимов отложил в сторону тубу гранатомета.

– Я сам-то, товарищ капитан, не слишком, а вот отец и дед у меня – это да… Они настоящие охотники были. Отец до сих пор покоя не знает, хотя дичи в наших местах не стало. Как и везде, впрочем…

– А волков они стреляли?

– Я в детстве, помню, на волчьей шкуре спал.

– А рассказы про волков ты слышал? – спросил капитан.

– Конечно, слышал, – неохотно ответил гранатометчик. – Это вы про тех… – Он кивнул в сторону тропы, ведущей к лесу леса.

– Да, про тех. Ты сможешь отличить голос настоящего волка от человеческого подражания ему?

Радимов вздохнул:

– Отличу. Каждый человек сам отличит. По ощущениям… Я в каком-то журнале читал научную статью про волчий вой. Он звучит так, что действует на участки головного мозга, которые у людей и зверей отвечают за страх. Внизу не люди выли. Люди так не сумеют.

Это был натуральный волчий вой…

– Тогда скажи мне вот что…

– Откуда в это время года стая?

– Да.

– Сам об этом думаю, товарищ капитан. Не должны волки летом стаями ходить. Они – не собаки. Собаки могут. Одичавшие, я имею в виду. Но даже полностью одичавшие собаки не воют по-волчьи. И вообще вой собак идет в другом звуковом диапазоне. Не знаю, одним словом…

– А это и не волки, – сказал солдат с левого фланга. Его позиция была наверху, на скале, голос был слышен, но самого солдата не было видно.

 – Нам старики в ауле говорили, что это оборотни. Они уже много лет здесь обитают. Еще в Первую чеченскую войну из Чечни пришли и покоя пастухам не дают. Захотят – в людей обратятся, подойдут, бывало, в горах с пастухами поговорят. Захотят – станут волками и у тех же пастухов ягнят украдут. Иногда и на людей нападают.

– У пастухов здесь собаки свирепые. Я видел раз… – рассудительно заметил Радимов. – Стадо маленькое, три десятка овец, и пять собак.