Покрывало вдовы

– Была такая, – сказал Жаров. – Недели три назад, в конце августа.

– Ее автор утверждает, – продолжал Минин, – что существует некое «покрывало вдовы» – кармическое заболевание.

– Конечно. Это вроде злого рока, который преследует человека всю жизнь.

– Вот я и думаю, с точки зрения реальной медицины, разумеется. Можно ли это объяснить?

Минин отхлебнул из стакана и сам себе ответил:

– И прихожу к выводу, что нельзя.

Во время этого разговора Пилипенко переводил взгляд с одного собеседника на другого.

– Ну вот, опять он тебя подкалывает. И выпили-то, вроде, немного.

– Я не подкалываю, а разобраться хочу. Как же это объяснить? Вирусной теорией – вряд ли.

– Все просто, – терпеливо проговорил Жаров. – Один из супругов передает другому толику некой энергии, которая лишает его защиты, обычно действующей у каждого человека. И тот становится открытым для болезней, несчастных случаев и тому подобного. Не важно, мужчина это или женщина, все равно – «вдовЫ».

Жаров поднял стакан и выпил. Друзья не последовали его примеру, а лишь молча смотрели на него. Пилипенко сказал:

– Я не собираюсь пить за то, чего нет.

– А я выпью, – Минин пригубил и поставил стакан на стол, – но просто так, не в счет тоста.

– Ладно, пусть будет просто так, – сказал Пилипенко и сделал то же самое.

– Автор этой статьи, – продолжал тему Минин, – рассказывает историю некоего Эн, у которого умерли аж три жены: со всеми произошли какие-то странные несчастные случаи.

Пилипенко повернулся к Жарову.

– Был бы у тебя какой-нибудь начальник – редактор там… Он бы тебе за такую статью голову отвинтил.

– Тем и живу, – парировал Жаров, – что всем в своей газете заправляю сам. ЧП «Жаров». Частное предприятие. Нет у меня ни начальников, ни подчиненных.

Он оглядел помещение своей редакции, поводя туда-сюда ладонями. Пилипенко меж тем наполнил стаканы. Спросил весело:

– И статью эту ты тоже сам написал, давай, признавайся!

– Обижаешь. Я только передовицы пишу. А это реальный человек прислал. И фамилия у него настоящая – Куроедов.

– Как Куроедов? – встрепенулся следователь.

– Куроедов, а что?

Пилипенко потер пальцами лоб:

– Эта фамилия мне знакома.