Коллекция

Не правда ли, что-то знакомое?

Подходя к дверям ресторана, Квант услышал за спиной резкий скрип тормозов. Он непроизвольно оглянулся. Остановилось такси, и какой-то человек быстро вышел, хлопнув дверью. Смутная фигура в длинном плаще… Очень, наверное, проголодался, – подумал Квант.

Старик уже сидел у дальней стены. Посетителей было немного, впрочем, зеркала на стенах их размножали виртуально: порой в теле колонны неожиданно появлялась чья-то отраженная рука с бокалом. Голодный пассажир такси также выглянул одновременно из нескольких зазеркалий.

Подлетела девушка Катя. Квант бы пожалел, будь сегодня на ее месте какая-то другая, ее сменщица. Он поставил на стол коробку из-под обуви, куда упаковал «волшебную лампу», и снял с коробки крышку. Андрей Николаевич заглянул в коробку, вытянув старческую шею.

– Хорошо, – сказал он. – А то я на самом деле боялся, что ты принесешь какой-нибудь чайник.

– Вы, конечно, не удосужитесь мне сказать, что это такое?

– Нет. Скажу лишь одно. Здесь нет никакого криминала.

– Вероятность невелика, – сказал Квант, – но она все же существует. По московским подвалам постоянно лазают бомжи, мальчишки… Диггеры также порой прочесывают, но только самые молодые, которые думают, что мы им хоть что-то оставили. В сущности, те же мальчишки…

– Ты все же замаскировал проход?

– Конечно.

– Интересно, а каким образом?

– А вам, в свою очередь, это важно? – спросил Квант.

– Просто любопытно, – сказал старик, и Квант почувствовал в его голосе явную фальшь.

Катя принесла вино, наполнила бокалы и поставила бутылку на стол. Квант не удержался и проводил девушку взглядом: она шла, как всегда ходят официантки или стюардессы: преувеличенно покачивая бедрами… Вдруг в одном из зеркал Квант приметил какое-то странное движение. Видел-то он очень хорошо, наверное, потому, что значительную часть жизни провел в темноте… Взгляд совершил ломаный путь в пространстве, дважды преломившись в зеркалах и вернулся обратно.

Квант не спешил поворачивать голову, притворяясь, что все еще наблюдает за уходящей официанткой. Со стороны его сотрапезника он, вероятно, выглядел даже не в профиль, а и вовсе отвернувшимся.