Звёздная паутина. Рассказы

Смена оделась, после чего Голубев выдал всем автоматы.

Шарапов взял свой, оглядел всех и сказал:

– Смена, на выход, – и сам пошёл первым.

Открыв дверь, он ощутил прохладное дыхание реки.

«Забыли включить свет на периметре», – подумал он, переступая порог.

Раздался сухой треск подломившейся доски ступени. Правая нога Шарапова неестественно подвернулась в ступне. Падая, он успел чертыхнуться. Навстречу виску с угрожающей скоростью надвигалась дверная скоба.

В голове Шарапова на мгновение взорвалось маленькое солнце и тут же погасло.

Навсегда.

14

В первый раз Смирнов поужинал вместе со всеми в общей комнате. Ему даже не пришло в голову есть у себя на кухне. Слишком сильная встряска: сначала Морин, потом начальник. Неужели так бывает?

«Бывает. Произошло ведь», – успокоил себя Смирнов.

Когда все поели, он подозвал Трохина.

– Троха, по-быстрому собери посуду, со стола вытри. В общем, сам знаешь.

Тот кивнул.

– Давай, Троха, – напутственно хлопнул он его по плечу и пошёл на кухню.

На плите выкипала литровая кружка с водой для чая. Поспешно снимая ее, он обжёг руку.

– Чёрт! – выругался Смирнов, потом, поглядев на кружку, растеряно подумал: «Ну вот, готовил для начальника, а начальника больше нет. Что ж, бывает и так».

Сунув обожженную руку в кастрюлю с холодной водой, Смирнов подумал, что неплохо бы начать готовить суп на завтрак. Вздохнув, он набрал полную двадцатку воды и поставил ее на плиту. Потом пододвинул на середину кухни маленькую кастрюльку с водой, поставил рядом табуретку и полез в нижний шкафчик за мешком с картошкой.

Картошка, как всегда, была наполовину гнилой. Откуда её берут такую, Смирнов пытался понять чуть ли не с первых дней службы в армии. В поварской учебке, куда его направили с КМБ, их не раз посылали на склад перебирать капусту, картошку и тому подобные фрукты-овощи. Так вот, на самом деле там и перебирать-то было нечего – всё наивысшего сорта. Поэтому загадка о том, откуда во всех армейских столовых берется такая гниль, до сих пор была для Смирнова неразрешима.

Ещё раз, чисто по инерции, подумав об этом, Смирнов вздохнул для порядку и сел на табуретку. Вытерев об штаны нож, он стал чистить картошку, ковыряясь в мешке в поисках более или менее целых клубней.

Начистив полкастрюли, он отложил в сторону нож и вытер о тряпку грязные руки. Сигареты лежали в кителе, висящем на крючке. Достав и закурив одну, Смирнов снова уселся на табуретку.