Во всем виноват Колобок

 – только тогда никакой Америки там вовсе и не было, ну в смысле государства, индейцы там жили, вот и все.

– А, точно. А что ж тогда не остались? Колумб смотри-ка, сколько золота оттуда вывез, а этим что, золото не нужно было, или индейцев испугались? – Ванюня не то, чтобы был невеждой, просто обстановка благоприятствовала. «Напиток» в наличии, пирожки пекутся, да и огурцов почти полная тарелка, так что, можно и поговорить.

– Наверное не те индейцы попались. Колумб, так тот на юг приплыл, там богатые индейцы жили, а на севере видать бедные.

– А почему не сказали-то?

– Откуда я знаю? Может ничего о них не знали, а может пожадничали, думали сами сходить и поживиться.

– Это потом уже, приплыли туда французы и англичане, перебили всех индейцев и стали там жить, так и появилась Америка.

– На, кури. – усмехнулся Ванюня протягивая Ботанику сигарету. – А южных индейцев, ну которые богатые. Тоже перебили?

– И тех тоже. Не сказать чтобы всех, но многих. Теперь там на испанском языке все говорят, потому что испанцевских рук дело, а на севере на английском, потому что англичане.

– Во сволочи! Все им мало. Саш, давай что-ли за индейцев выпьем, жалко их, и бедных и богатых. – Ванюня разлил по полной, тост был поддержан, два огурца не избежали своей участи, и беседа продолжалась.

Между тем пирожки поспели, о чем плита сообщила дзиньканьем, и дядя Саша пошел на кухню, дабы вытащить их из духовки и поставить остужаться.

– Это получается что нынешние американцы, это бывшие европейцы?

– Да, вернее их потомки.

– И что получается? Уплыли, натворили там дел, а теперь назад прутся?

– Дядь Вань, это ты о ком?

– Об американцах, о ком же еще! Что им там спокойно не сидится-то, или индейцы кончились, грабить некого?

– Дядь Вань, это называется геополитика, ну в смысле политика в масштабе всей планеты.

– Тьфу ты! Слово-то какое придумали. Саш, где ты там? Держи сигарету, грамотей.

Американская политико-историческая тема оказалась внезапно исчерпанной, а выпивки было еще прилично, да и пирожки вот-вот должны были остыть, поэтому в продолжении распития и в ожидании пирогов, разговаривать о чем-то было надо.