Иван Премудрый

Ну а если подружиться, так вообще – красота!

«Ага! Подружиться!» – соображал Иван. – «Надо бы ему услугу какую оказать, ну, например насчёт тех же девок, кажись он до них большой охотник. Но торопиться не надо, целый месяц впереди. Надо всё как следует обдумать, чтобы и ему, и мне выгодно было, тогда сработает. Только бы он мысли мои не прочитал. А то вдруг как узнает, о чем я думаю»?

– Правильно думаешь! – засмеялся Черномор. – Кажись ты и вправду, Премудрый. Не бойся ты так, я всегда за сотрудничество. Договоримся…

– Так ты знаешь, о чём я думаю? – еле выговорил Иван.

– А как же! – продолжал веселиться Черномор. Ему очень понравился эффект, произведённый на Ивана простейшим мыслечтением. – Я ж волшебник, это раз. Ты у меня дома находишься, это два. Соображаешь?! Вижу что соображаешь, Премудрый, как – никак.

* * *

На самом деле Иван Премудрый хотел сделать карьеру – стать как минимум боярином, а лучше конечно же, князем. Но для этого одной премудрости недостаточно, для этого жениться надо удачно.

Все бы хорошо, да объявился Руслан, тоже князь какой – то. Правда княжество у него совсем маленькое, дальнее и захудалое. Он тоже решил дела свои княжеские за счёт Людмилы поправить, в жёны её взять.

Князю в общем – то всё равно, кто дочку его замуж возьмёт. Ему самое главное Людмилу замуж выдать, а то стыдно перед другими князьями за дочку, уж больно она много себе позволяет.

А тут ещё, он, Иван Премудрый, откуда ни возьмись появился. Ну и что, что роду незнатного, не княжеского, зато подлец, каких поискать да и премудрый, университорий закончил. На такого и княжество можно оставить, а Руслан этот, да ещё на пару с Людкой, княжество могут и по ветру пустить, у них для этого талантов, хоть отбавляй.

– Не переживай ты так, Премудрый, – Черномору так понравился Иван, а вернее, его мысли, что он напрочь забыл про беспутную княжну. – и с Русланом с этим сладим, не впервой поди…

* * *

Насчёт того, что у жизни место для себя надо или руками, или головой отвоёвывать, батюшка талдычил Ивану с самого сызмальства. Если слова не помогали, в помощь шли: хворостина или ремень, а в отдельных случаях, вообще всё, что под рукой в тот момент оказывалось.