Покрывало ночи

А потом Богиня подняла глову с его груди, и ее улыбка затмила нахальное светило.

– Здравствуй, – промолвила она, и ему показалось, что весь мир вопит от восторга.

– Я люблю тебя, – ответил он, и ей показалось что дождь вновь касается ее своим звездным дыханием.

Наверно, так оно и было.

– Люблю, – повторил Тенгере.

– А я – тебя, – кивнула Богиня. – А на носу у тебя сидит солнечный зайчик. – Она зевнула, потом хихикнула. – Ты злой и жестокий муж! Нельзя бедной девушке совсем не давать спать…

– Это кто кому спать не давал? – радостно возмутился Тенгере.

– А я Богиня. Мне можно, – она показала Тенгере язык. – Боги, они знаешь, какие? Они существа гнусные, мерзкие, противные и аморальные к тому же. Разве ты не знал?

– Какой кошмар! – восхитился Тенгере. – Где была моя голова?!

– Там же, где и все остальные части тела! – расхохоталась Богиня.

– Значит я попался, – комично развел руками Тенгере.

– Попался, попался! – весело подтвердила Богиня.

– А чего ты вся, как кошками царапанная? – вдруг спросил Тенгере.

– А я люблю с ними царапаться, – ответила Богиня. – А ты чего, не разглядел меня вчера, что ли?

Она тут же вскочила, принимая наиболее эффектную, по ее мнению, позу.

Разглядел, – любуясь ответил Тенгере. – Вот только царапин почему-то не заметил. И сейчас не вижу, потому что на тебя смотрю, а не на царапины.

– Ну так и что?

– Да ничего, наверное, – пожал плечами Тенгере.

– Это к моей бабушке, – ответила Богиня. – У нее действительно – самая… но ей по должности положено. А я… конечно, я могу наколдовать себе такую, но тогда это буду уже не совсем я, то есть я, конечно, а только… понимаешь, это все равно что заниматься любовью в одежде. Эта знаменитая шелковистая кожа – все равно что платье. А мне нравится чувствовать твое тело.

– То-то я удивлялся, отчего это боги так любят разгуливать неодетыми, – кивнул Тенгере.

– На самом деле они одетые, – сказала Богиня. – Таких кож у каждого бога или богини – семь штук. И снимают их только перед теми, кому доверяют. Я жутко всех разозлила, когда сняла все, напялила кольчугу и отправилась к тебе. Но мне хотелось, чтоб между нами ничего не находилось.

– Я понял, – очень серьезно кивнул Тенгере. – Ничего, кроме нас. Спасибо тебе.