Покрывало ночи

Чересчур. Нельзя так. Я не воин. И я боюсь упиться кровью. Это ведь так легко. Особенно если не сам… если чужими руками… Боюсь. Боюсь стать гнусным трупоедом. Мне ведь многим охота отомстить. И что? Я буду просить об этом Вас, а Вы – убивать их для меня?! Но разве ТАК – правильно?..

– Не знаю, – честно признался Герцог Седой. – Я никогда не думал о подобных вещах. не приходилось как-то.

– Если вырвать у змеи ядовитые зубы, она ведь не перестанет быть змеей, – сказал Роади. – Просто она станет бесполезной змеей.

– У Вашего Величества есть враги более могущественные, чем эти? – тихо спросил герцог.

– А Вы как думаете, герцог? – так же тихо промолвил король Роади. – Есть у Аргелла враги? Или тех, кто разрушает наши крепости и наводняет наши земли своими магами, пользуясь сомнительным договором о мире, следует считать союзниками? Они просили всего лишь прохода, но они не ушли…

– Они все еще идут, – сказал герцог.

– И ведут себя как хозяева, – добавил Роади.

– Они слишком сильны, – заметил герцог.

– Если биться с ними лицом к лицу, – проговорил король.

– О! – только и сказал герцог.

– Пусть их кусают змеи, – улыбнулся король. – Нам понадобится много змей, герцог. Очень много.

– А кем Вы видите меня? – полюбопытствовал герцог.

– Змееловом, разумеется, – усмехнулся король.

– Но не только, – подходя, добавил Рыжий Хэк.

– Солдат? – удивился герцог. – Ты – единственный – не присягал. Почему?

– Я присягал другому монарху, – ответил Рыжий Хэк. – Но я союзник – и смиренно прошу возрожденный Аргелл о союзнической помощи.

– Так ты – посол?! – воскликнул герцог.

– В некотором роде, – усмехнулся Рыжий Хэк. – Мои полномочия более широкого свойства. Я думаю, нам стоит побеседовать с глазу на глаз по окончании всех приличествующих случаю церемоний.

Вот так и случилось, что наиболее боеспособные воины Аргелла, личная гвардия Седого Герцога во главе с ним самим, оказались у короля Эруэлла раньше, чем даже отобранные Усатым Могилой гвардейцы короля Найрита.

Тенгере открыл глаза, и движение его ресниц разбудило ее.

«Моя жена», – нежно подумал он. – «Бывает же.»

Сквозь черные кудри, водопадом рассыпавшиеся по его груди, в глаза дерзко смотрело рыжеволосое солнце.