Цусимские хроники. На восток

По его словам, в ходе одной из стрельб цель накрыли пятым залпом в восьми милях, то есть на предельной дальности главного калибра. При этом из-за большого расстояния ее даже не видели башенные наводчики, только старший артиллерист на мачте. И эти дистанции далеко не предел для крупнокалиберной артиллерии.

По расчетам Цывинского и других артиллерийских офицеров, в случае создания искусственного крена на противоположный стреляющему борт в три градуса путем затопления бортовых коридоров, дальность стрельбы на максимальном угле возвышения орудий без каких-либо переделок превысила бы даже сто кабельтовых.

Когда броненосцы уже в темноте вернулись на рейд, Зиновий Петрович вместе с Михаилом сразу отправился на обсервационный пост, где долго беседовали с капитаном первого ранга Цывинским, выясняя причину столь резкого увеличения эффективности огня даже за горизонтом.

Оказалось, что здесь имеет место стечение сразу нескольких факторов, от более точных таблиц стрельбы, полученных практическим путем, до улучшения системы управления огнем и метода корректировки залпов по знакам падения, основанного на разработанной бароном Гревеницем методике пристрелки залпами на больших дистанциях. При этом «Александр III» еще не имел немецких дальномеров, с которыми, по словам работавших с ними офицеров, пристреливаться можно быстрее. Все это Цывинский уже изложил в составленной им докладной записке.

Эти самые немецкие дальномеры, уже вполне освоенные нашими артиллеристами, должны были еще больше повысить эффективность стрельбы с тяжелых кораблей. Возможность измерения дистанции до всплесков от своих снарядов заметно уточняет и ускоряет пристрелку, что дает значительное увеличение шансов на благоприятный для нас исход боя на недостижимых ранее дальностях с его самых первых минут. Особенно, учитывая, что значительный угол падения снарядов позволяет поражать жизненно важные части хорошо защищенных кораблей через слабо бронированную палубу.

Как показали практические стрельбы, на точность влияло еще и то, что наши более короткие, чем у противника, снаряды на протяжении всей траектории своего полета не имели склонности кувыркаться в воздухе.