Endless Coven. До раскола луны: Липирия

Отец всегда учил его оставаться собой и следовать правилам, а не задавать лишних вопросов. Он был воспитан по всем традициям липинцев. Только одно его отличало от большинства – это отсутствие ненависти к лиардинцам.

К южанам, в свою очередь, все относились с опаской, сочувствием, либо подозрением. Республика начала распадаться после того, как юг прибрала к своим рукам семья Алпи-Кин. Они запомнились всем своей жестокостью, жадностью и методами удержания власти. Только они решились на объединение военной и рабочей силы в леодинериев.

Заметив пронизывающий насквозь взгляд Кавелия, Акефамий решил, что его хотят о чём-то спросить.

– Закрой рот и просто иди вместе со всеми.

– Хоро…

– И ни единого звука, – перебил его Кавелий.

Молча кивнув, Акефамий встал возле телег, в ожидании движения.

Пока перевозчики с Акефамием ожидали остальных лиардинцев, второй перевозчик обратился к Акефамию.

– Зеленоглазый, в Лагрим собрался, леторием стать хочешь?

– Да, – воодушевлённо ответил Акефамий.

– А с чего вдруг, если не секрет? Получают они чуть больше алпи, чем мы, но и работа там в разы тяжелее и ответственнее.

– Мой отец был участником восточной компа…

– Да, это я слышал, но почему ты решил податься в летории, если почтить честь отца, то так и скажи, – произнёс он, нагло перебив Акефамия.

– Хочу быть таким же уважаемым, нести порядок и защиту, – произнёс поникший Акефамий.

– Посмотрите, обиделся, что я тебя перебил? Тогда в какие летории ты собрался? Будешь так же маршировать, задирая нос? Там ты даже вопрос задать не имеешь права, если правильно не обратишься. Также ты обязан выполнять всё, что скажут, – поведал он Акефамию.

Перевозчик продолжал перечислять все те ограничения, которые ждут юного летория.

– А если всё совсем плохо будет, переведут в леодинерии. Будешь работать наравне с лиардинцами, а право отказаться ты уже не имеешь, – закончил он перечисление всех недостатков службы летория.

Акефамий на мгновение призадумался, но чувства долга перед отцом и королевством отбросило все сомнения. С уверенностью и воодушевлённостью он произнёс:

– Меня это не остановит, я хотел пойти по стопам отца с самого детства, и нет ничего, что сломит мо…

– Я кому говорил не произносить ни звука? – прорычал Кавелий, направившись в сторону Акефамия.