Призрак Ленни

– В голове, – сказала Багира, – Меня толкнули, Витя. Ударили сзади, сказали… крикнули, что я… на букву «бэ».

Мне не понравилось, как она это все говорит. Не в том смысле, что врет. А в том, что почему-то… почему-то мне все равно не верится. Словно она что-то другое хотела сказать, но передумала.

– Ага, – сказал ариец, неинтеллигентно подслушивавший наше живое общение. Пусть подслушивает, он на работе.

Ему стало ясно, что я не убийца. Сразу став старше всех, он приподнялся, оперся на колени и выпрямился.

Сейчас он вообще отойдет думать, и перестанет нам с Багирой мешать. Я поднял глаза – разочарование читалось на лице моего симпатичного арийского друга. А ты что думал, дружок, что вот так сразу и дело раскрыл? Что я пришел девку додушить? Фиг тебе, бро, еще намучаешься с «висяком».

– Ну какая я «бэ», Витя? – спросила Багира.

– Никакая, – ответил я машинально.

Она снова хихикнула.

Рядом зашуршал ботинками полицейский красавец, передислоцируясь на другую сторону коечки.

Там он снова присел, сочинив в голове продолжение требуемых процедур.

– Если вам лучше, расскажите еще раз, – попросил он, – Конечно, если можете.

Молодец. Будто она много уже ему рассказала. Как я понял, она молчала, пока медики приводили ее в хоть какой-нибудь вид. На правах «знакомого» я поправил на ней платье, слегка укрыв не очень теплые ноги. Они у нее, кстати, были вообще не очень. Коротковаты, на мой взгляд. О Боже… Ладно, это я себе тоже прощу.

Багира попробовала повернуть к нему голову, но это явно была ненужная попытка. Теперь получалось, что она лежала лицом вверх. Встретившись со мной глазами, она улыбнулась, наверняка подумав о том же, о чем и я. Видеть ее в таком положении было для меня привычно. А я, нахал этакий, как-то подсознательно дал ей понять глазами, что понимаю, о чем она думает.

– Не могу, – сказала Багира, слабенько хихикнув. Она вообще у меня хихикчатая.

– Больно? – посочувствовал полицейский.

– Поза не располагает, – объяснила Багира, и отвернулась от него. Чтобы не хихикать.

Тогда полицейский посмотрел на меня.

– Отправляем в больницу, – мне показалось, что он чуть ли не попросил меня утвердить его решение.

– Хорошо, – сказал я, потому что это было мое любимое слово.

Получив одобрение столько близкого пострадавшей человека, как «знакомого», полицейский встал и отдал команду:

– Увозим, Иван Георгиевич.