Лудингирра

 – Мама говорит: настоящие воины, чтобы стать сильными должны есть это.

В тряпке оказался большой кусок козьего сыра. Ничего вкуснее Лудингирра не пробовал ни до ни после. Они сидели на каком-то уступе, прижавшись друг к другу, ели сыр и смотрели на горы. А на сердце было так спокойно, безмятежно и хотелось, чтоб этот сыр никогда не заканчивался. Лудингирра до сих пор помнил это состояние и ее, пропитанные детской заботой слова:

– Ты всегда ешь это! Понял? Тогда ты будешь настоящим воином, и никто тебя победить не сможет! Обещаешь?

Лудингирра с набитым ртом кивнул в ответ.

– От сердца говоришь?

– Угу.

– Хорошо, я верю тебе! – успокоилась аморейка.

И почему-то Лудингирра до сих пор не может забыть это детское приключение. А Дамгула… Дамгула это была страсть, что бывает редко в браке по расчету, но страсть на одну ночь.

И вот он в заведении. Смотрит на завсегдатаев, и какой-то горбун отводит его в зал, где под нехитрую музыку танцуют полуобнаженные девы.

Удобно расположившись на мягких тюфяках Лудингирра пьет вино и смотрит на танцовщиц. Смотрит и ловит себя на мысли что нужна ему только та аморейская девчонка. Только она и никто другой. Любопытно знать где она теперь и как выглядит. Ради этого он бы все отдал: землю, дом и сверх того – полжизни.

Вино тихо кружит голову, и он выбирает себе смуглую красотку – она больше других напоминает ему аморейку и остается с ней наедине.

А во дворце пиршество перешло в свою заключительную стадию.

Дамгула пребывала в женской компании, где между душистой бараниной и дильмунским вином обсуждались текущие дела государственной важности.

– Как странно, что Ургулы не было на пиру. Это же в его честь, не правда ли? – говорила одна знатная дама, что была когда-то избрана душой компании.

– Чего же тут странного, не пойму? Все и так знают, что Ургулу здесь терпеть не могут. – последовал раздраженный ответ ее соперницы – дамы очень эффектной.

– А вы слышали, – продолжила душа компании, – часть храмовой земли отдают Ургуле.

И его родственники отныне могут торговать без пошлин.

– Да нет же, скорее наоборот – пошлину поднимут. – тихо вздохнула Дамгула. – И все-таки какое чудесное вино!

– Может и поднимут, только Ургулы и его родственников это не коснется. – уверенно заявила душа. – И мне налейте бокал…

– Как вы думаете это на время? – спросила Дамгула.

– Ты это о чем?

– О пошлинах.