Властелин 2

Ювелир отреагировал на появление своего хозяина так же, как и все, кто прочел о его смерти: он замер с открытым ртом, сидя за рабочим столом и машинально продолжая крутить ногой точильный круг.

– Чем вы так расстроены, Бемер? – улыбнулся Сен-Жермен, – неужели тем, что я не умер?

– Что вы, мессир! Мне незачем желать вашей смерти.

– Я уже знаю, что вы продали ожерелье королеве. Надеюсь вы переправили деньги в банк?

– Нет, мессир. Деньги здесь, у меня

– Вы с ума сошли, Бемер? Держать дома такую сумму!

– Сумма совсем небольшая, мессир.

– Покажите мне векселя.

Ювелир прекратил наконец толкать ногой точильный камень, встал из-за стола, подошел к секретеру и достал бумаги, две из которых бережно, как величайшую ценность, передал графу.

Сен-Жермен внимательно рассмотрел векселя и небрежно бросил их на стол.

– Королева подписывала бумаги при вас?

– Нет, мессир. Мне их принес кардинал Роган вместе с доверительным письмом от ее величества и пятидесятью тысячами ливров золотом.

– Где письмо?

– Вот оно, мессир, – ювелир протянул графу свернутую в трубку бумагу с сургучной печатью на тесемке.

Сен-Жермен развернул письмо и, лишь мельком взглянув на него, произнес:

– Вы хоть понимаете, Бемер, что отдали ожерелье, которое стоит полтора миллиона, за пятьдесят тысяч и две никчемные бумажки?

– Как это, мессир? – захлопал глазами ювелир.

– Да так! В письме не рука королевы, а на векселях не ее подпись!

– Не может быть, да что же это? – запричитал Бемер.

– Эх, Бемер. Видно до конца жизни вам придется работать даром. Этот Роган, судя по датам на документах, уже три месяца назад сбежал из Франции и теперь распродает ожерелье по частям в Лондоне или Мадриде.

– Отчего же, мессир? Я видел кардинала Рогана третьего дня здесь, в Париже.

– Вот как? И где он обычно раздает милостыню?

– Он проезжает по разным маршрутам, мессир. И конечный пункт раздачи всегда разный. В прошлый раз я его видел у ворот Сен-Дени.

– Тогда сделаем так: вы предъявите векселя королеве, как будто они настоящие. Пусть король проведет официальное расследование. А я выясню, в чем тут дело по-своему.