Послание из прошлого

Они пожали друг другу руки, и Виктор быстро пошел прочь, ощущая, что события, в центре которых он оказался, приобретают все более и более загадочный характер.

Быстрым шагом он двинулся по направлению к метро, чтобы съездить в Останкино и на месте попытаться выяснить, существует ли запись забега тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года и на заметил, как в двадцати метрах позади, не обращая внимания на периодические гудки спешащих автомобилистов, медленно катит серая иномарка с тонированными стеклами.

Он прошел под своими окнами, глянул на них и ему померещилось, будто какая?то тень промелькнула за занавеской и тут же скрылась.

У книжного, теперь вино?водочного магазина дрались два алконавта, один отбирал бутылку вина у другого. Все это сопровождалось пьяными восклицаниями и руганью.

Неожиданно они разошлись и один из них развел руки. Зеленая бутылка выскользнула из кисти и взорвалась под ногами тысячью мелких осколков, залив все вокруг дурманящей жидкостью.

– Вии?тька! – закричал алкаш и с распростертыми объятиями пошел прямо на него.

Виктор замер, оценивая обстановку.

Кто это?!

Алкаш тем временем подошел почти вплотную и кинулся обниматься. От него разило душным перегаром, но Виктор не стал уклоняться.

– Братан! Ты вышел! – мужчина чуть отстранился, покачал головой и сказал грубым, пропитым голосом. – Да ты меня не узнаешь, Витек! Это же я, Леня! А вон тот прощелыга… – он повернулся в сторону маленького мужичка, застывшего, словно в анабиозе возле лужи вина.

Виктор покачал головой.

Мужчина грубо рассмеялся.

– Самолетики помнишь? Это же Шкет! Да, брат, такова селява!

– Леня? Это ты? – Шкета он узнал сразу, но…

Леня засмеялся снова.

– Ну вот, вспомнил, слава Богу! Ну давай, пойдем, за встречу! А то… – он оглянулся, видишь, как нехорошо получилось!

Шкет практически опустился на колени и чуть ли не плакал, глядя на лужу.

Виктор дернулся, пытаясь высвободиться, но не тут?то было. Леня держал его меткой хваткой.

– Идем, идем, вспомним нашу жисть?жестянку…

– Как же это тебя… – спросил Виктор, глядя на пропитое лицо бывшего отличника и любимца всей школы.

На мгновение Ленино лицо стало жестким, в глазах полыхнули молнии, но он практически тут же обмяк и спросил:

– А тебя?

Виктор не нашелся, что ответить.