Раздвоение

Раздвоение

Федор Федорович Метлицкий

Книга является продолжением повести «Замещение», опубликованной в интернете.Это было в середине последнего столетия. В параллельном мире расслабленная цивилизация, забывшая о войнах или разного рода ограничениях, казалась вечной. Однако снова проснулось давнее проклятие прежних эпох истории – взаимная недоброжелательство империй, не поделивших зоны влияния на планете. Персонажи, воспитанные на культурах двух цивилизаций, не понимают, что делать, когда власти начинают враждовать.

Главный герой переживает за своего сына, которого мобилизуют на фронт.

Федор Метлицкий

Раздвоение

1

В окне из смарт-стекла медленно темнело, оно сделалось матовым, – перешло в неактивное состояние. Иванов в своем кабинете бесцельно смотрел ток-шоу официальных пропагандистов в комповизоре. Канал, отследив его, подсовывал рекламу о прелестях службы в армии. Он думал: что будет с сыном?

Его жена вошла со своим старомодным планшетом с альтернативными новостями «из-за бугра».

Как будто чувствовала, что муж постепенно намагничивается пропагандой.

– Посмотри, они обвиняют нас в вероломном нападении на свободную страну.

Он нехотя возразил:

– А мы их – в вытеснении нас из геополитики. Хотят, чтобы вообще нас не было.

Ему не нравилось ее настроение. Никогда не видел ее такой. По-мальчишески стриженая, курчавая, своевольная и непредсказуемая, она не умела лгать, жила, как ребенок, в любви ко всему миру земному и небесному, пружиной энергии отдачи себя – кому? Миру, людям, семье? Боялась, что он поверит патриотической пропаганде, и что тогда будет? Добровольно отдаст сына военкомату?

Родные люди во враждебных лагерях! Разве мало таких семей в истории.

Выбор дан – ему на Запад, ей – в другую сторону… Они, конечно, не подерутся, но отношения ухудшатся.

Неосознаваемое в человеке, даже привычки тела трудно изменить. Например, проснувшись утром в спальне, Иванов делал зарядку запомненными телом движениями в определенном порядке, вдыхая – распахом рук и шаром головы вздымал себя к небу, которое представлялась сферами Данте, и выдохом опускаясь вниз, в бездну покоя.

А днем, делая предобеденную гимнастику на ковре в гостиной, – не мог повторить тот же порядок, изобретал другой, ставший привычным для дневной гимнастики. А следующим утром, разминаясь в постели, скатывался к прежней последовательности.