Прогулки Алисы

Он смотрел и не мог поверить: не может быть, чтобы это была она, не может быть!

– Максим, это предложение? Я не поняла? – Марина не видела, и не могла видеть, что происходило внутри у него. – Макс! С тобой всё хорошо?

– Не знаю. Хотя нет – всё нормально… Я хотел подарок. Вот, это тебе…

Он достал колечко с декоративным камешком и протянул Марине. Бородач держал черный плащ, помогал одеться той огненной девушке, что-то говорил, она улыбалась и снова, уже выходя из ресторана, мельком взглянула.

«Её улыбка! Это она! Без сомнений. Или очень похожа. Но почему на меня так смотрит?» – помчались тревожные мысли…

– Мариша, мне надо бежать… Извини. Вот, деньги, расплатишься. Хорошо? Это срочно… Совсем забыл…

– Максим?! С ума сошел? Что случилось?

Он не ответил. Только нахмурил брови, зашевелил губами и бросился к туалетной комнате, но тут же вернулся. Глаза его бегали по сторонам, как у человека напуганного или больного. На мгновение замер, затем спохватился, –  начал шарить в карманах, пересчитал оставленные на столе бумажки, кивнул сам себе, пробубнил невнятное что-то и быстрым шагом пошёл на выход.

Оглянулся и бросил:

– Я позвоню!

– Конечно. Только…

Последних слов не услышал. Пахнуло в лицо вечерней прохладой. Застучало в висках. Он выскочил на тротуар и тут же чуть не разбился о самую натуральную, возникшую перед носом, бетонную стену, – это были они, – стояли у входа и мило болтали. Макс отшатнулся, как от огня, но его обдало не жаром, а натуральным холодным ветром – тысячи острых иголок вонзились в кожу, побежали мурашками по спине.

Девушка вновь улыбнулась, и в её глазах он увидел и небо, и облака, и закат, поле, через которое тонкой змейкой к холму тянулась тропинка. Стало жутко не по себе, – он попятился, уронил невнятное «извините» и бросился прочь, но не убежал, спрятался за углом и стоял там, прижавшись мокрой от пота спиной к шершавому камню.

Они же постояли ещё чуть-чуть и направились вдоль бульвара.

Он крадучись пошел следом. Миновали каштановую аллею, маленький парк насквозь, дошли до цветочного магазина и завернули за угол. И с этого места, следя за ними, Максим потерял их из виду.

У станции встал в бессмысленном ступоре – в стороне от потока людей – застыл как соляной столб. Вокруг потемнело. Рядом с метро тускло вспыхнули фонари. Засунув руки в карманы, поплёлся к пустой скамейке. Присел.

«А может, мне показалось? Мало ли, что привидится.