Скверна

Ее рука лежала у Слагсмала на плече, и, кажется, именно она не только не давала упасть воителю с лошади, но и удерживала его в царстве живых. Грудь и живот Слагсмала перехватывали побуревшие полосы ткани.

– Его магия держит, – прошептала, прищурившись, Фламма еще за четверть лиги до процессии. – И нам без магии не обойтись.

– Оставь это мне, – прошептал Алиус. – Я буду вести, ты помогай да смотри вокруг. Если что буду делать не так, подправишь. Кажется, что-то подобное я вылечил на самом себе. И о гримасе не забудь.

Но этой ночью уходим в любом случае. Да, – Алиус оглянулся на помощниц, которые с испуганными лицами замерли в десятке шагов за их спинами, понизил голос. – Что случилось-то? Ты, когда накладывала повязку этому любопытному свею, словно светилась!

– Ты заметил? – прошелестела Фламма.

– Еще бы не заметить, – улыбнулся Алиус. – Как дневная звезда сияла!

– У нас будет ребенок, – шевельнула губами Фламма, заставив Алиуса окаменеть. – Ничего, – добавила она еще тише.

 – Мы все сможем. Выдержим любые испытания. Теперь во всем этом есть смысл.

– Он был и раньше, – прошептал Алиус.

Сестрица Слагсмала оказалась красива, как бывают красивы только валки из северных башен. Во всяком случае, она показалась Фламме красавицей. Светлые волосы кольцами обрамляли ее чуть полноватое, но изящное лицо. Нос не обнаруживал ни малейшего изъяна, какие бы оттенки очарования они ни сулили. Лоб был высоким и чистым, будто отшлифованная морская кость, а губы мягкими и нежными, хотя кроме властности и силы от Ути исходило еще и пугающее и одновременно манящее ощущение глубины.

Но ее красота развеялась, едва Ути посмотрела на Фламму. Глаза сестрицы Слагсмала обожгли лекарку ненавистью и высокомерием.

– Уродка, – коротко бросила Ути Фламме, после чего перевела взгляд на Алиуса. – И ты, лаэт. Если Слагсмал умрет, вы умрете через минуту после него. Понятно?

– Понятно, – проговорил деревянным, напряженным голосом Алиус. – Я вижу, что ты, почтенная Ути, держишь нашего повелителя хваткой ледяного сна? Не снимай заклятье, пока мы не начнем вытаскивать его из-за полога.

Не отпускай руки с его плеча. Стол и все необходимое ожидает повелителя в шатре.

– Я не отпущу его, пока он не откроет глаза и не сможет дышать сам, – процедила сквозь зубы Ути и почти зарычала на дозорных: – Быстро и осторожно! Снимаете с лошадей одновременно и меня, и его. И так, чтобы я не отпустила его.