Десятая вечность

Нычкой мы называли пластмассовое ведро с мясными деликатесами, пакетами со сметаной, сыром и прочими вкусняшками, которое я неподалеку закопал в снег. То, что в ней было, – это не еда, это закуска. Предлог для вскрытия нычки придумывался нами по потребности, и, как правило, мы рассчитывали так, что содержимого хватало до конца поездки. Быстро лопатой откопал «холодильник» открыл крышку, достал полкружка свиной колбаски. Все проделал в обратном порядке и вернулся назад. Там уже все было готово к ужину, даже были наполнены наши два ритуальных стопарика.

– Андрюха, давай за нашу будущую удачу. Какой будет ее мера, мы не знаем. Это ведомо только Деду, но мы примем его волю любой, – произнес я тост.

Он не стал возражать, и мы начали ужин с первого этапа штурма наполовину поверженной «Старой Казани».

Закусили, и я еще раз наполнил стопарик.

– Я сейчас хочу выпить за великого человека. Так без преувеличения я хочу назвать твою супругу. С двумя сыновьями на руках в ожидании третьего ребенка отпустить мужа на семнадцать дней – на это способна только великая женщина.

– Спасибо, Сергей. Очень приятно и неожиданно, – с благодарной улыбкой ответил он.

Мы чокнулись в знак согласия и приняли еще по одному ответу на наш настойчивый штурм со стороны «Старой Казани».

В тепле, за хорошо освещенным столом, под потрескивание печи и за неспешной беседой мы провожали этот вечер.

– Послушай, давай-ка заканчивать штурм. Пора бы уже победить, – произнес я и разлил по стопарикам остатки содержимого. Никто специально не отмерял, но по иронии судьбы стопочки оказались полными, а объект штурма пустым. Ну тогда, как говаривал гражданин Шариков: «Чтобы все!»

– Ну раз так, я согласный, – не стал возражать напарник.

– Спешу отметить, что «Казань» пала окончательно. – И с этими словами я убрал со стола побежденную бутылку водки.

Не было ощущения алкогольного перебора, головы были ясными и общение, что немаловажно, было комфортным. А это дорогого стоит.

Незаметно текущее время брало свое, подступала легкая тяжесть, приятно ныли натруженные мышцы, явственно обозначили себя колени, локти и поясница, но и здесь нам с напарником удалось и дело сделать, и спины не сорвать. Поэтому я предложил Андрею:

– Старина, чего-то я подушатался.