Великий полдень. Роман

Это оговорки женщин, у которых есть серьезные сомнения в собственной женственности. Это все равно, как если бы я навязчиво твердил: «я мужчина» или «мне как мужчине». Увы, в таких случаях выводы психоанализа ими (то есть женщинами) упорно игнорируются – что, в свою очередь, лишь подтверждает выводы, относительно женской психологии… Ну да Бог с ней совсем, с психологией.

В настоящий момент меня больше интересовало, действительно ли Папа способен ради изумрудноглазой девушки на некие «радикальные шаги».

– Мало ли, на что он способен, – отрезала Наташа, когда я ее об этом спросил, – последнее слово все равно останется за Мамой!

– Ты так думаешь?

– Тут и думать нечего.

Поразмыслив, я решил, что так, пожалуй, оно и есть.

Мы с Наташей первыми вернулись с прогулки и, пройдя к нашим гостевым комнатам, обнаружили, что наша дверь заперта изнутри. Я несколько раз дернул за ручку.

– Александр, ты здесь? – застучала в дверь Наташа.

– Чего это ты там заперся? – удивился я.

После долгой паузы мы услышали голос сына:

– Это вы?

– Мы.

Прошло еще с полминуты, прежде чем он открыл. Он сразу развернулся и поспешно отправился в свою комнату, но я сразу заметил, что что-то не так. На его бледных щеках алели пятна, а глаза сверкали.

Наташа первым делом сбросила лыжный костюм, направилась к трюмо, где лежала ее косметика, и принялась приводить себя в порядок. Я же отправился следом за Александром. Он прилег на кровать, повернувшись ко мне спиной, в обнимку со своим Братцем Кроликом, словно хотел его от меня спрятать.

– Что там у вас случилось, Александр? – послышался из соседней комнаты Наташи. Было понятно, что она растянула губы и красит их помадой.

Я сел к сыну на кровать и молчал. Александр сопел, но тоже молчал. Было слышно, как Наташа перебирает коробочки с пудрой, тушью, кремом. Наконец Александр повернулся ко мне и, по-прежнему не говоря ни слова, показал Братца Кролика. У симпатичной мягкой игрушки не доставало правого уха.

– Ну это поправимо, – сказал я. – Попросим маму, она пришьет так, что и заметно не будет. «Какой он еще малыш, наш милый Александр!» – подумал я с нежностью.

Мы еще помолчали.

Я взглянул в окно и увидел, что компания ребят с Косточкой во главе высыпала на улицу и направляется на горку. Почему Александр не пошел с ними?

– Я не дал им его убить! – вдруг сказал мальчик звенящим шепотом.