Великий полдень. Роман

Доктор очень обрадовался, услышав меня, и сказал, что сам давненько не пил кофеек и с удовольствием прибудет на наше обычное место в кафе у Западных Ворот Москвы. И время самое подходящее. Даже наиболее капризные пациенты, которые, мол, не умерли, вдруг сделались замечательно здоровехоньки. Он как раз отпустил свою медсестру, а сынишке Петеньке обещал быть дома только через час.

– Сейчас же выдвигаюсь, – сказал он. – Я по тебе, Архитектор, соскучился. Посидим. Аж по большой чашке кофию выцедим. Да двойной крепости.

– Кстати, – сказал я, – мне будет любопытно узнать твое мнение по одному общественно-значимому вопросу.

– А у меня, – многозначительно промолвил он, – имеется кое-какое любопытное дополнение к нашему последнему разговору под горкой. Так сказать еще один важный симптом в общей картине болезни.

– Интересно… – отозвался я, смутившись.

– Еще как интересно! – заверил доктор. – Впрочем, теперь, кажется, нам остается лишь наблюдать за развитием событий.

– То есть?

– А то, что самый удобный для нас момент, чтобы вмешаться, мы, похоже, проморгали. Да-с!.. Теперь мы игрушки в чужих руках, или зрители.

– Я не игрушка, – возразил я.

– Увы, Серж, увы, – вздохнул он. – Каждая пчела запрограммирована принести в улей свою капельку меда. Каждая рыбка заглотит свой крючочек и ее потащат на берег. Каждая букашка…

– Ты там со своей медсестрой не нанюхался ли часом эфиру, а, доктор?

– Риторический вопрос, дорогой мой.

– Ясно, – улыбнулся я. – Тогда чашка двойного кофию да с пенкой погуще тебе действительно не помешает. Я тебя жду.

– Хе-хе, жди. А чтобы не скучал, вот тебе небольшое упражнение на сообразительность. Пошевели мозгами. Некто, отчасти наивный, любил отправлять романтические записочки без подписи. Написал он одну такую записочку, послал некой тоже, кажется, отчасти наивной особе, а потом вдруг обнаружил, что записочка-то странным образом к нему обратно вернулась… Вот, попробуй выплюнуть этот крючочек!

– Стой! – крикнул я.

– Не спеши! Это ведь крошечный эпизод, невиннейшая записочка. Существует и другая записка. Целое письмо. Теперь у публики прямо?таки какая?то страсть к письмам.

– Пожалуйста, перестань валять дурака! Какие письма? Говори человеческим языком!

– До встречи, дорогой, – засмеялся доктор, – до встречи!

И ведь действительно отключился, ехидный человек.